Денис Парфенов рассказал, как господствующий класс превращает выборы в России в «управляемый процесс»

В газете «Советская Россия» опубликовано интервью депутата от КПРФ Дениса Парфенова Главному редактору издания В.В. Чикину

В нем депутат и главред обсудили состоявшуюся на днях беседу Путина с Председателем ЦИК Памфиловой о выборах, новые вредные изменения избирательного законодательства; попытки власти влиять на выборную кампанию коммунистов в Москве и многое другое, пишет издание «КПРФ.ру».

Выборы в России как институт демократии тоже оказались в полосе выживания. Законодательство постоянно ужесточается, политическая активность народных масс затухает от недостатка конституционного кислорода, от бесплодных ожиданий благоприятных перемен. Тем не менее вопреки этой обстановке политические партии всё равно ведут свою работу и намерены принять активное участие в выборах. Что можно ожидать от предстоящей политической кампании? Главный редактор «Советской России» В.В. Чикин беседует с секретарем Московского горкома КПРФ, депутатом Госдумы Денисом Андреевичем Парфеновым.

ВЧ: На днях председатель Центризбиркома Элла Памфилова пришла с бравурным докладом к главе государства. Показалось, что президент не очень впечатлен оптимизмом собеседницы и добивался конкретности. Не сложилось ли у Вас впечатления, что доклад председателя Избиркома вышел несколько оторванным от действительности?

ДП: В свое время мы с грустью посмеивались над Владимиром Чуровым, над его фантазиями. Однако именно с приходом Эллы Памфиловой в избирательной системе появились такие новации, что предшественникам и не снились.

Посудите сами, вот ЦИК отчитался о том, что в сентябре выборами будет охвачена почти половина регионов, и во многих внедряются цифровые технологии, почти все на отечественной базе. А в следующем году вообще появится цифровой аналог нашей заслуженной системы ГАС «Выборы». Она будет автономной, неуязвимой… Председатель ЦИК утверждает, что «вся цифровизация идет с требованием, чтобы было наше: и наше «железо», и наше программное обеспечение». Не слышится ли тут интонации Чубайса, представлявшего «изделия» своей корпорации? Не ставя под сомнение возможности российских программистов – их талант ценен в мире, тем не менее, не может не вызывать скепсиса мнение о том, что и программы, и компьютеры будут целиком отечественные. Не настолько у нас развиты эти сферы, чтобы обеспечить всё в полном объеме за короткий срок…

Значительная часть доклада Памфиловой была посвящена дистанционному электронному голосованию (ДЭГ). Мы, мол, «делаем очень большой скачок…» Еще недавно этой формой «голосования воспользовалось около 5,5 миллиона человек», а в этом году «уже будет потенциально 21,5 миллиона». Мне всегда нравилось, как уверенно рапортуют должностные лица о том, сколько народа они планируют задействовать через ДЭГ. Есть в этом какой-то элемент саморазоблачения, лишний раз подчеркивающий управляемый и манипулятивный характер всей электронной затеи. Далее ее чудесная фраза про обилие заявок [на проведение выборов с использованием ДЭГ]. «Это была совершенно их инициатива, добровольная, с нашей стороны не было никакого нажима. Помилуйте, Элла Александровна, в регионах отказывались от «заявок». Как «добровольно» тащили в ДЭГ ту же Хакасию, где с помощью электронной аферы, очевидно, хотели «сковырнуть» главу региона – коммуниста Валентина Коновалова… К счастью, коллективными усилиями удалось отбиться от такого рокового «подарка», но попытка принудить регион к проведению выборов с использованием ДЭГ со стороны власти была.

А уж то, каким был замечательным ДЭГ в Москве, в которой, к слову, своя собственная система, отличная от федеральной, я знаю не понаслышке. Это совершенно незабываемое чувство, когда ты лидируешь с вполне неплохим отрывом порядка 2,5 тыс. голосов при очном голосовании бумажными бюллетенями на участках, а потом ближе к трем часам ночи власти выкатывают т.н. результаты подсчетов ДЭГ, и оказывается, что твоему оппоненту «накинули» под 30 тыс. голосов. Всё, формально ты проиграл, и вот хоть ты тресни, никому и ничего не докажешь, потому что система контролю не подлежит, она непрозрачная. К счастью, в 2021 году на выборах в Госдуму москвичи очень активно поддержали КПРФ, и три человека прошли от Компартии в Госдуму по спискам, включая меня.

ВЧ: Мне показалось, что Элла Памфилова очень напирала на вопросы «безопасности» и «защиту данных». Это звучало как синонимы слов «закрытость», «недоступность». А ведь еще недавно в Кремле с гордостью говорили о миллионе наблюдательных камер, об открытии и прозрачности голосования.

ДП: Буквально Памфилова сказала: «Все-таки для нас самое главное – это безопасность». По всей видимости, имелась в виду безопасность от воздействия недружественных стран, хотя, на мой взгляд, наибольший подарок противнику преподносят именно те, кто введением всевозможных манипуляций подрывает остатки доверия к самой системе выборов, делая мирный сценарий смены власти все менее вероятным. Похоже, что даже недавний «мятеж» никого ничему не научил…

Любопытен пассаж в речи Памфиловой, видимо, адресованный оппозиции. Есть, мол, «скепсис, критика. Не все, как всегда, принимают новое. Мы в этом году делаем основной акцент на создании очень действенной, эффективной системы гражданского контроля именно за дистанционным голосованием. <…> у многих возникает вопрос: что там происходит, в этом «черном ящике»? Голос на входе и на выходе – что там с ним происходит?..»

ВЧ: Президент даже пытается помочь собеседнице: «Так что же? Как контроль у Вас ведется?»

В ответ пустые слова: мы говорим партиям «шлите своих представителей»… И в то же время ЦИК почти обнуляет всякое представительство.

ДП: Повторю: суверенность. Никакого хоть сколько-нибудь приемлемого контроля за ДЭГ в настоящий момент нет, и власть делает все, чтобы его и не было… Приведу пример, который услышал от представителей экспертного и IT-сообщества: представьте, что единственное видимое вам – это узкая горизонтальная полоска посередине прозрачной урны для голосования. Мимо вашего взора пролетает бюллетень. Вы не видели, кто его принес, как заполнил, установленной ли этот бюллетень формы. Он пролетел мимо, и вы не видели, куда он попал и что с ним потом случилось. Всё, что вы имели возможность лицезреть, – это краткий миг пролета… И это контроль? Это полная профанация контроля, ничего не дающая тем, кто действительно хочет обеспечить чистоту, прозрачность и достоверность выборов.

ВЧ: Да, прямо какой-то театр теней! И ведь при этом у Эллы Александровны хватает духу ставить нынешнюю российскую избирательную систему в пример, назидательно рассуждать о том, как безобразно организованы выборы на том же Западе. Конечно, буржуазная демократия, она в основных чертах везде обслуживает «хозяев денег». В этом плане российский капитализм не так уж сильно отличается от той же Европы или США, приукрашивать тут нечего – каждая нацбуржуазия так приукрашает свои демократические грехи в меру своей испорченности… Повторим, однако, о московских выборах-23. Каковы Ваши ощущения по поводу текущей избирательной кампании столичного градоначальника?

ДП: В первую очередь, следует отметить, что выборы проходят в условиях фактически военного времени. Напоминаю, что еще весной прошлого года в коридорах власти упорно ходили слухи о возможном переносе выборов на более поздний срок. Однако в конечном итоге власти всё же поостереглись чрезвычайщины и решили не ломать привычный ход электорального цикла. Желание сделать голосование как можно более управляемым процессом у господствующего класса никуда не делось, поэтому уже в текущем году мы столкнулись как со старыми проблемами при подготовке и проведении выборов, так и с новыми.

Первое – это очередное переписывание закона о выборах. Сколько раз правящий режим перекраивал правила игры, чтобы сделать максимально удобным выдвижение лояльных ему людей, – я уже сбился со счета. Совсем недавно были приняты очередные новации, еще больше осложняющие контроль за выборами. Судите сами:

Экстерриториальные избиркомы. Теперь законом предусмотрена возможность создавать избирательные участки за пределами субъекта на выборах в региональные органы власти. Такое решение остается на усмотрение регионального избиркома. Создание участков вне регионов затрудняет контроль за ходом голосования из-за отсутствия понимания, как на региональных выборах контролировать участок в другом регионе.

Электронные списки избирателей. Отныне узаконена возможность для избиркомов вести в электронном виде не только общий реестр избирателей, но и список тех, кто голосует вне избирательных участков. После окончания голосования копия реестра может быть также изготовлена в электронном виде, в таком случае она подписывается электронными подписями руководства избирательной комиссии.

Работать на выборах в качестве представителя СМИ теперь могут только штатные журналисты. Только журналистам с постоянным трудовым договором, заключенным не менее чем за два месяца до назначения выборов. Сотрудничающие с редакцией по договору ГПХ возможности присутствовать при подсчете голосов лишились. То есть вслед за отменой статуса члена избирательной комиссии с правом совещательного голоса теперь власти фактически отменили еще и возможность присутствия людей в качестве представителей независимых от власти СМИ.

Доверенные лица – не наблюдатели. Теперь статус доверенных лиц прекращается одновременно с прекращением агитационного периода – на выборах они не смогут наблюдать за подсчетом голосов и знакомиться с итогами голосования.

Ограничение съемки. Фото- и видеосъемку на участке, согласно изменениям, теперь могут вести те, кто имеет «право на ее осуществление». По закону «Об основных гарантиях избирательных прав» это наблюдатели (должны перед началом съемки уведомить председателя или заместителя участковой комиссии) и представители СМИ. В федеральном законе также указали, как именно она должна осуществляться, – без нарушения тайны голосования и раскрытия персональных данных. Ранее правила съемки и работы на участке были детально прописаны только в нормативных документах ЦИК, всем этим зарегулированным процедурам придана сила закона.

Коммунисты уже предложили, как можно избавиться от всех этих нагромождений в законах о выборах. Достаточно принять созданный КПРФ при моем скромном участии проект Избирательного кодекса, который позволяет оздоровить процедуры голосования, сделать их прозрачными и проверяемыми, вернуть сам институт выборов в демократическое русло. Наша инициатива получила очень положительные отзывы в экспертном сообществе и действительно может помочь значительно оздоровить политический процесс и ситуацию в стране. Видимо, именно поэтому власть всячески от нее отмахивается и пока даже не хочет рассматривать.

ВЧ: Все это не может не вызывать большую тревогу. В свое время понавводили ограничений на избирательный процесс под предлогом пандемии коронавируса, а теперь не хотят принимать предложения коммунистов и даже наоборот – придумывают, как бы еще обкорнать остатки демократии. Кстати, какова ситуация по, условно говоря, санитарной части? Насколько я понимаю, митинги в Москве проводить по-прежнему нельзя именно под предлогом опасности ковида. А что на выборах?

ДП: Совершенно верно, Валентин Васильевич! После недавнего заявления Всемирной организации здравоохранения об окончании пандемии ковид-19 на планете, я сделал депутатский запрос в правительство Москвы о том, не пора ли отменить последние ограничения, ведь единственная сфера, которую власти продолжают «зажимать» под видом заботы о здоровье граждан, – это как раз право на проведение собраний и митингов. Согласовать хоть какое-то публичное мероприятие в соответствии с предусмотренными Конституцией правами в Москве сейчас решительно невозможно. Постоянно приходят отказы со ссылками на ковид. Ответ московский властей, откровенно говоря, не удивил. Суть сводится все к тому же: якобы опасность сохраняется, поэтому ограничения действуют. Надо понимать, что вирус свирепствует только на оппозиционных митингах, а вот на митингах в поддержку действующего президента и правящей партии его нет – их можно проводить без ограничений.

В Москве планируется применить еще одну «инновацию». Рука об руку с дистанционным электронным голосованием теперь будут работать терминалы электронного голосования (ТЭГ). Теперь даже непосредственно на избирательных участках голосующим гражданам будет предложено вместо бумажного бюллетеня подойти к специальному устройству, на экране которого будут перечислены кандидаты. Проголосовать можно будет, выбрав нужный пункт прямо на экране. Это означает, что грань между электронным и обычным бумажным голосованием фактически стирается. То есть, если раньше можно было проверить хотя бы те результаты голосования, которые подводились непосредственно на избирательных участках с помощью бумажных бюллетеней, а неподконтрольным подсчету и наблюдению оставался только ДЭГ, то теперь почти всё происходящее на выборах будет сродни ДЭГ. Между прочим, для голосования на дому будут предусмотрены еще и переносные терминалы. Бедные наши пожилые люди, им и так голову запудрили пропагандой, а тут еще эти лукавые «инновации».

К счастью, процедура будет полуэкспериментальной, поэтому возможность потребовать бумажный бюллетень у граждан остается. Призываю всех не стесняться ею пользоваться и проявить настойчивость, даже если вас будут уговаривать голосовать через терминал.

На этих выборах действующий градоначальник пошел от партии власти. Несмотря на то, что само название «Единая Россия», по моему мнению, уже имеет немалую степень токсичности, видимо, кто-то очень влиятельный настойчиво попросил Сергея Собянина выдвигаться именно от «ЕР». По всей видимости, федеральных политадминистраторов очень беспокоит необходимость продемонстрировать якобы имеющее место единство нашего общества в виде единения вокруг партии парламентского большинства. А если главы регионов, тем более столичный мэр, вдруг пойдет самовыдвиженцем, то всем будет очевидно, что «Единой России» сторонятся даже действующие руководители.

Другие партии тоже выдвинули своих кандидатов. СРЗП выдвинула Дмитрия Гусева, прорежимного политтехнолога, одно время подрабатывающего на мэрию Москвы, ЛДПР выдвинула Бориса Чернышова, который работал в Рособрнадзоре, а «новолюды» выдвинули Владислава Даванкова. Каждый из них уже успел отметиться громкими инициативами: Гусев, призвал абсолютно всех москвичей без проверки знаний допустить на бюджетную основу при поступлении в столичные университеты. Чернышов, призвал бороться с тополиным пухом. Даванков и вовсе призвал отменить домашние задания в школах. Кстати, все четверо кандидатов от партий-соперников еще и родом не из Москвы. К сожалению, очередная совершенно нелепая норма действующего законодательства не позволяет мне в качестве депутата агитировать ни за, ни против кого бы то ни было в период выборов, но как избиратель могу сказать, что выдвинутая от КПРФ кандидатура Леонида Зюганова, который как минимум и сам москвич, да еще и получил от московского горкома партии для работы на выборах проект довольно серьезной предвыборной программы, – выглядит вполне убедительно.

ВЧ: Судя по тому, что Вы сказали, часть соперников Собянина на выборах по крайней мере ранее работала на действующую власть. Очевидно, что они не просто так стали кандидатами, власть наверняка взаимодействовала с руководством отдельных политических партий, чтобы договориться о выдвижении более удобных для действующего мэра оппонентов. А на Московское отделение КПРФ власть не пытается влиять?

ДП: Ох, Валентин Васильевич, трудную Вы для нас тему затронули! Конечно, пытается. Более того, должен сказать, что такие попытки сейчас стали крайне настойчивыми. Борьба между коммунистами и правящим режимом всегда протекает на многих уровнях: электоральном, полевом, идеологическом и т.д. Соответственно, власть всегда стремится ограничить, как бы сдержать активность Компартии, левых патриотов и наших союзников. Могу сказать, что эта стратегия сдерживания уже вовсю применяется и по отношению к нашей работе на выборах мэра Москвы. Власть чинит всяческие препятствия для выхода на пикеты с агитационными кубами. Нам фактически прямым текстом заявлено, что все «несанкционированные» мероприятия будут жестко пресекаться. Хотя какие могут быть несанкционированные мероприятия в период избирательной кампании? Законом прямо предусмотрена возможность агитаторов выхода в пикеты с раздачей листовок, информбюллетеней и пр. Ясно, что это надуманное ограничение. Судя по всему, нам еще предстоит поломать немало копий с правительством Москвы, но отказываться работы на улицах мы не намерены.

Однако это далеко не всё. У власти есть большое желание управлять, или хотя бы контролировать сам ход работы избирательной машины КПРФ. Через представителей политтехнологического сообщества предпринимаются попытки оказывать влияние на политическую повестку коммунистов. Через имеющих выходы на мэрию пробрасываются установки, например, избегать в агитации острых и болезненных для власти тем, вроде проблем социальной сферы Москвы или задержаний активистов, защищающих природу столицы. Крайне болезненно власть воспринимает критику дистанционного электронного голосования – уже неоднократно эту тему просили не поднимать. Наверное, кто-то во властных коридорах очень огорчился, когда недавно тиражом в 1 000 000 экземпляров КПРФ выпустила информационный бюллетень «Правда Москвы», содержащий в себе статью с критикой ДЭГ. Рассказать сразу обо всем едва ли возможно, но сам факт попыток вмешательства власти в работу партийной организации представляется мне совершенно недопустимым. Необходимо оградить и партийную организацию, и защитить нашего кандидата от попыток манипулирования, сохранять приверженность самостоятельной линии. Задача коммунистов Москвы, горкома и его руководства – всячески помогать нашему кандидату, пропагандировать идеи партии, нашу идеологию и программу, укреплять авторитет организации в глазах трудящихся. Полагаю, что те, кто тащит нас на скользкую дорожку уступок правящему режиму, должны наконец осознать, что коммунисты привыкли добиваться результата в борьбе, и постоянные заигрывания с властью до добра не доведут.

ВЧ: Да, Денис Андреевич, «Отчаянную картину Вы нарисовали!» Как говорил В.И. Ленин устами замечательного актера Бориса Щукина в фильме «Ленин в 1918 году». Что же Вы посоветуете нашим согражданам, москвичам, коммунистам, активистам и сочувствующим, всем левым патриотам и просто неравнодушным людям? Как быть в этой ситуации? У многих после такого может лишь укрепиться желание не ходить на выборы.

ДП: Политическая пассивность большинства – это главная опора режима, самое желанное для господствующего класса состояние общества. Ведь если человек молчит и ни в чем не участвует – получается, что он априори на всё согласен и из него можно веревки вить. Чем власть беззастенчиво пользуется. Все перемены в худшую сторону сделаны олигархической верхушкой только с молчаливого позволения народа, в условиях пока еще крайне ограниченного сопротивления со стороны трудящегося большинства.

Напротив, только активностью можно заставить власть считаться с мнением народа. Поэтому вопреки всем и всяческим запретам и законодательным препонам надо обязательно приходить на выборы, обязательно в последний день (воскресенье), по возможности даже ближе к вечеру. Обязательно надо требовать права проголосовать бумажным бюллетенем! И, если станет понятно, что выборы снова сфальсифицированы – не стесняться говорить об этом, протестовать, возвышать свой голос в защиту воли народа. Не отсиживайтесь!

ВЧ: Денис Андреевич, надеюсь, Ваши слова найдут отклик в сердцах неравнодушных людей! Благодарю Вас за беседу, желаю Вам успехов в борьбе парламентской и непарламентской!