Защита прав граждан и «адвокатская монополия»

Круглый стол фракции КПРФ в Госдуме

9 октября фракция КПРФ в Госдуме провела круглый стол на тему: «Защита прав граждан в сфере юридических услуг: роль государства и профессиональных сообществ». В его работе приняли участие научные работники и практикующие юристы России. Состоялась оживленная дискуссия, в некоторых частных вопросах мнения разделились.

В итоге участники пришли к выводу о необходимости рекомендовать Правительству и Министерству юстиции России считать преждевременным рассмотрение проекта федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в Государственной Думе до проведения его комплексной, научно-обоснованной экспертизы и широкого гласного общественного обсуждения с участием всех заинтересованных сторон.

На заседании круглого стола выступил Председатель ЦК КПРФ, Руководитель фракции КПРФ в Государственной Думе Г.А. Зюганов. Основной доклад сделал первый заместитель председателя комитета Госдумы по государственному строительству и законодательству Ю.П. Синельщиков.

Предлагаем вниманию читателя выступление Ю.П. Синельщикова.

Доклад на круглом столе 9 октября 2025 г.

по теме: «Защита прав граждан в сфере юридических услуг: роль государства и профессиональных сообществ»

 Уважаемые участники круглого стола!

На нашем заседании речь пойдет о введении в Российской правовой системе так называемой «адвокатской монополии». Этот вопрос обсуждается в юридическом сообществе и Министерстве юстиции уже десять лет, а на сегодня Минюст РФ подготовил и законопроект, посвященный этой проблеме, который Правительство, по-видимому, внесет в Государственную Думу до конца года. Напомню: проблема затрагивает реализацию базовых конституционных прав наших граждан, гарантированных статьями 46 и 48 Конституции, – права на судебную защиту и на получение квалифицированной юридической помощи.

Замечу, что целью круглого стола не является навязывание каких-либо идей, изложенных отдельными депутатами в их законодательных инициативах либо выступлениях. Выработать позицию фракции КПРФ еще предстоит после нашей сегодняшней дискуссии.

Суть предложенного Минюстом законопроекта заключается в установлении общего правила, согласно которому представительство интересов граждан и организаций в судах по гражданским, административным и арбитражным делам смогут осуществлять только лица, обладающие статусом адвоката, за рядом оговоренных исключений. В пояснительной записке разработчики декларируют благую цель – повышение качества юридических услуг и защиту граждан от недобросовестных консультантов. Однако попытка создания монополии на судебное представительство вызывает глубокую обеспокоенность у значительной части юристов, представителей бизнеса, общественных организаций.

Глава Министерства юстиции Константин Чуйченко во время выступления на Петербургском международном экономическом форуме заявил, что право участвовать в судебном процессе следует сохранить за лицами без статуса адвоката. Адвокатская монополия не должна быть абсолютной: аудиторы, патентные поверенные, близкие родственники и другие лица без статуса адвоката должны сохранить право участвовать в судебном процессе, подчеркнул Чуйченко.

Прежде чем обсуждать проблему, следует обратиться к объективной картине рынка юридических услуг. Согласно данным Федеральной палаты адвокатов, в России насчитывается около 76 тысяч действующих адвокатов. В то же время, по оценкам специалистов, число юристов, практикующих без статуса адвоката, составляет порядка 440 тысяч человек. Таким образом, предлагаемая реформа направлена на исключение из сферы судебного представительства профессиональной группы, которая по своей численности превосходит адвокатский корпус почти в шесть раз.

Основные аргументы сторонников адвокатской монополии сводятся к следующему:

1) Для получения статуса адвоката необходимо иметь высшее юридическое образование, определенный стаж работы по специальности и успешно сдать сложный квалификационный экзамен. Это отсеивает лиц с недостаточным опытом и знаниями. При этом закон обязывает адвокатов регулярно проходить обучение, что гарантирует актуальность их знаний в постоянно меняющемся законодательстве.

2) Адвокатская монополия обеспечивает защиту клиента от недобросовестных или некомпетентных юристов. Адвокат несет ответственность за качество своей работы. В случае нарушения прав доверителя или ненадлежащего исполнения обязанностей он может быть привлечен к дисциплинарной ответственности, вплоть до лишения статуса. У «свободных юристов» такой механизм ответственности отсутствует.

3) Закон защищает конфиденциальность информации, доверенной адвокату путем установления института адвокатской тайны. Это создает безопасные условия для клиента, позволяя ему быть полностью откровенным, что критически важно для эффективной защиты.

4) Деятельность адвокатов подлежит обязательному страхованию профессиональной ответственности, что предоставляет клиенту финансовые гарантии на случай ошибки юриста. Справедливости ради стоит отметить, что статья 19 Закона об адвокатуре, касаемая страхования ответственности адвоката, приостановлена в действии с 2007 года до дня вступления в силу закона, регулирующего вопросы обязательного страхования ответственности адвоката.

5) Адвокатское сообщество имеет кодекс профессиональной этики, обязательный для всех его членов. Кодекс устанавливает стандарты поведения адвоката в отношениях с доверителями, коллегами, судом и правоохранительными органами. Он регулирует вопросы конфликта интересов и другие этические требования. Существуют квалификационные комиссии и советы адвокатских палат, которые следят за соблюдением этических норм и рассматривают жалобы на действия адвокатов.

6) Введение единых правил и стандартов для всех участников судебного процесса делает этот процесс более упорядоченным, а потому и более эффективным. Суду проще взаимодействовать с профессионалами, чья квалификация подтверждена.

7) Также считается, что монополия позволяет вывести юридические услуги из теневого сектора, обеспечивая прозрачность и контроль за их оказанием.

8) Краеугольным камнем независимой юридической помощи является адвокатский иммунитет. Именно этот институт позволяет адвокату безбоязненно и эффективно оппонировать государственной машине. Без прочных гарантий того, что на юриста не будет оказано давление через обыски в его офисе, его допросы в качестве свидетеля по делу доверителя, возбуждения в отношении него уголовного дела, его задержания, вся система правосудия может превратиться в фикцию. Нельзя не заметить, что эти строгие гарантии закона весьма нередко нарушаются. На что депутатам фракции не раз приходилось реагировать.

9) Наконец, введение адвокатской монополии будет способствовать преодолению разрозненности правозащитного движения, позволит создать единый общественный правозащитный институт, который будет выступать равноправным субъектом во взаимодействии с судебными и правоохранительными органами и обеспечивать единые высокие стандарты квалифицированной юридической помощи для всех граждан (Васяев А.А. Адвокатура в правозащитной системе Российской Федерации: теория и практика. Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук. Москва, 2022)

Однако реализация законопроекта сделает юридические услуги менее доступными.

По оценкам специалистов, сейчас стоимость услуг адвокатов в среднем на 30–50% выше, чем у юристов без статуса. Введение монополии, по расчетам экспертов, приведет к резкому сокращению предложения на этом рынке. Нагрузка на каждого оставшегося специалиста существенно возрастет. Произойдет скачкообразный рост цен на юридические услуги. Такое удорожание в сегодняшних условиях сделает правосудие недоступным для значительной части населения и особенно социально уязвимых групп, включая пенсионеров и инвалидов, а также для малого и среднего бизнеса. При этом институт бесплатной юридической помощи не решит проблемы.

Сторонники реформы утверждают, что она необходима для повышения качества юридической помощи. Однако этот тезис не подкреплен достаточными фактическими данными. Качество юридической помощи определяется не формальным статусом, а квалификацией, опытом и, что немаловажно, нередко узкой специализацией. Как отмечают представители бизнес-объединений, например «Опоры России», многие организации привлекают для ведения сложных дел в арбитраже именно узкопрофильных консультантов в сфере налогового, корпоративного, антимонопольного права, которые не имеют и не стремятся получать статус адвоката. Исключение таких специалистов из судебного процесса едва ли будет способствовать повышению качества правосудия в этих специфических категориях споров.

Предложение Минюста вызывает серьезные вопросы с точки зрения и конституционного права. Идея адвокатской монополии обсуждалась при разработке Основного закона в 1993 году, но была отвергнута. Следует также напомнить, что в 2004 году Конституционный Суд Российской Федерации в своем Постановлении №15-П уже признавал неконституционной норму, которая ограничивала представительство в арбитражных судах только штатными сотрудниками и адвокатами. Суд тогда прямо указал на недопустимость нарушения принципов поддержки конкуренции и свободы экономической деятельности.

Содержащиеся в законопроекте предложения, а также ранее состоявшиеся инициативы Правительства существенно расширяют полномочия Министерства юстиции по контролю за деятельностью адвокатского сообщества. Орган исполнительной власти получает право оспаривать решения квалификационных комиссий и советов палат, инициировать дисциплинарные производства. Это создает реальные риски усиления административного давления на адвокатуру, что, по мнению многих, противоречит закрепленным в законе принципам ее независимости и самоуправления.

Мы (фракция КПРФ в Государственной Думе) безусловно поддерживаем идею о том, что комплексная реформа, направленная на дальнейшую профессионализацию судебного представительства, нуждается в одновременном повышении гарантий адвокатской деятельности и расширении прав адвокатов. Однако эта тема нуждается в самостоятельном обсуждении.

Учитывая изложенное, для дальнейшей предметной дискуссии в рамках круглого стола предлагаю сосредоточиться на следующих вопросах.

Первое. Не является ли предлагаемая модель чрезмерным ограничением прав граждан на свободный выбор представителя, а также прав десятков тысяч специалистов на труд и свободный выбор рода деятельности, гарантированных статьями 34, 37 и 48 Конституции?

Второе. Каковы подтвержденные расчетами социально-экономические последствия реформы? Мы слышим прогнозы о значительном росте цен и формировании «юридических пустынь» в регионах с низкой плотностью адвокатов. На чем основано утверждение разработчиков об отсутствии негативных последствий для граждан и сектора малого и среднего предпринимательства?

Третье. Рассмотрены ли в полной мере альтернативные, менее радикальные пути повышения качества юридической помощи? Почему установление монополии предпочтительнее таких механизмов, как введение единых стандартов для всех судебных представителей, создание саморегулируемой организации юристов по аналогии с другими отраслями (по опыту Казахстана), внедрение обязательного страхования профессиональной ответственности или создание единого реестра аккредитованных судебных представителей?

И четвертое. Не создаем ли мы риски превращения независимого правового института в подконтрольную государственным органам структуру, что в конечном итоге может ослабить защиту прав граждан в их спорах с государством?

Убежден, что аргументированные ответы на эти вопросы позволят нам выработать взвешенную позицию, которая будет отвечать подлинным интересам нашего общества, государства и системы правосудия. Благодарю за внимание.