Г.А. Зюганов в газете «Правда»: «Народные предприятия — точка опоры России»
В газете «Правда» опубликована статья Председателя ЦК КПРФ Г.А. Зюганова.
Вековая традиция
КПРФ предлагает использовать богатый положительный опыт, накопленный в лучших хозяйствах страны под руководством коммунистов.
Коллективная работа на земле стала одной из характерных черт русского народа, его родовой особенностью. Произошло это сотни лет назад. Держаться друг за дружку вынуждали очень сложные условия, в которых приходилось вести хозяйство. В Западной Европе распад родовых общин на соседские крестьянские хозяйства произошёл довольно рано. Потепление климата вместе с развитием производительных сил сделало выгодным индивидуальное хозяйство. После этого непрерывно шёл процесс постепенного ослабления связей уже внутри соседской общины — вплоть до её полного разложения.
По развитию производительных сил наша страна до монгольского завоевания ничем не уступала Европе. Но климат, как и сегодня, отличался своей суровостью. Крестьяне прекрасно понимали связанные с этим опасности: зима спросит, что припасено в осень. К тому же в Киевской Руси существовала постоянная военная опасность на юге. Продвинуться на богатые земли с более мягким климатом и закрепиться на них славянам-земледельцам было очень сложно. Поэтому трудиться приходилось в основном в зоне рискованного земледелия. Это вынуждало крестьян крепко держаться сообща, вырабатывало чувство коллективизма. В славянских поселениях археологи постоянно отмечают наличие общих хранилищ продуктов «на чёрный день».
После ордынского нашествия ситуация ещё более усугубилась. Экономика была подорвана, а население, спасаясь от завоевателей, бежало на север и северо-восток. Таким образом, необходимость коллективной работы и поддержки друг друга крестьянами просто была повседневной потребностью. Этим и объясняется стойкость русской крестьянской общины.
Коллективные формы хозяйствования на земле в течение столетий оставались самыми эффективными. Ещё в XIX веке исследователи отмечали, что в крестьянской общине всегда существовало не столько понимание, сколько выработанное веками чувство того, что общее благополучие зависит от каждого крестьянского двора. Именно поэтому вплоть до начала ХХ века сохранялись земельные переделы: крестьяне всё время получали для обработки разные участки из общинных угодий. Делалось это для того, чтобы не допустить обогащения одних, кому попался надел получше, и обнищания других, кому с землёй не повезло. Частная собственность на землю для общины была вредна, так как коллективное владение оказывалось экономически более эффективным. Одновременно выковывались вековые традиции взаимопомощи и приоритета коллективного блага над индивидуальным. Эти традиции крепко держатся в нашем народе и по сей день.
Сохранение общины на селе было объективным явлением. Стоит обратить внимание на тот факт, что вплоть до XIX века российские власти вообще никак не занимались устройством крестьянских общин, а чиновники в их жизнь почти не вмешивались. Государственное управление заканчивалось на волостном уровне. А организацией общинной жизни занимались сами крестьяне. То есть это были в чистом виде самоорганизация и самоуправление.
Назревавший с XIX века кризис в сельском хозяйстве поставил общину на грань серьёзных испытаний. Связан он был в первую очередь с технологическим отставанием и избытком аграрного населения в европейской России. Началось обнищание крестьянства, на которое к тому же повесили многочисленные долги после отмены крепостного права в 1861 году. Но стойкость крестьянской общины проявилась и в ХХ веке. Именно нежелание понимать эти особенности и стремление ломать крестьян через колено и привели к неудаче столыпинской реформы. Попытка преобразований обернулась кровавыми потрясениями в деревне и печально знаменитыми «столыпинскими галстуками».
После победы Великого Октября решать проблемы кризиса в сельском хозяйстве пришлось уже большевикам. И, как и во многих других случаях, решения были выработаны блестящие. Поняв стремление большинства крестьянства к самоорганизации, Ленин сделал ставку на кооперацию в сельском хозяйстве. В своей статье по этому вопросу в 1923 году он писал: «…Строй цивилизованных кооператоров при общественной собственности на средства производства, при классовой победе пролетариата над буржуазией — это есть строй социализма».
Не будем скрывать, что ставка на кооперацию не получила безусловной поддержки в партии. Сам Ленин признавал, что многие партийцы встретили эту идею с сомнением, а леваки — и вовсе враждебно. Но в своей статье он убедительно доказывал, что значение кооперации недооценено, а сама по себе эта форма вполне может быть интегрирована в строящееся социалистическое общество: «При нашем существующем строе предприятия кооперативные отличаются от предприятий частнокапиталистических, как предприятия коллективные, но не отличаются от предприятий социалистических, если они основаны на земле, при средствах производства, принадлежащих государству, т. е. рабочему классу».
Сейчас модно обвинять большевиков в том, что они якобы бездумно экспериментировали. Но ситуация с крестьянской общиной говорит об обратном. Ленинский подход в корне отличался от того же столыпинского не только с точки зрения социально-классовой. Владимир Ильич прекрасно понял особенности крестьянского общества и вместо слома традиций предложил использовать их в интересах социализма, подняв при этом на качественно новый уровень.
Эту ленинскую идею воспринял и Сталин, отмечавший что кооперация «…есть массовая организация трудящихся, организация непартийная, объединяющая их, прежде всего, как потребителей, а также, с течением времени, и как производителей (сельскохозяйственная кооперация). Она приобретает особое значение после упрочения диктатуры пролетариата, в период широкого строительства».
Слова Сталина не остались лишь на бумаге. Кооперация прочно вошла в повседневную жизнь СССР. Одной из самых широко распространённых её форм стали производственные артели. В первую очередь они занимались изготовлением товаров народного потребления. Но были и совершенно уникальные примеры. Один из них — артель «Прогресс-радио» в Ленинграде. Именно на ней были собраны первые в нашей стране электронные приборы — ламповые радиоприёмники и телевизоры на электронно-лучевых трубках.
Сегодня немногие помнят, что производственные артели играли заметную роль в экономике СССР. В сталинские времена их насчитывалось свыше 100 тысяч, и их продукция составляла до 6% промышленного производства. Росту числа артелей способствовала государственная поддержка. Кроме того, бюрократическая волокита при организации артели была сведена к минимуму. Все документы можно было оформить в течение одного дня.
Если взглянуть на село, то главной бедой коллективизации сельского хозяйства в СССР стали ускоренные темпы её проведения. Именно они привели к ряду перегибов, отрицать которые нет смысла. Их не отрицал и сам Сталин, написавший об этом статью «Головокружение от успехов». Но здравомыслящий человек понимает, что условия, в которых оказалась Советская Россия, требовали быстрых решений.
Установившийся в СССР колхозный строй не противоречил вековому коллективистскому духу крестьян. Напротив, он полностью ему соответствовал. Сейчас можно услышать сравнения колхозного строя с крепостным правом. Этим критикам хочется сказать: давайте не будем лукавить, против крепостного права крестьяне бунтовали сотни лет и устроили две большие крестьянские войны в XVII и XVIII веках. А колхозы настолько естественно вошли в жизнь села, что в годы Великой Отечественной крестьяне сами добровольно их восстанавливали на территории партизанских краёв, глубоко в фашистском тылу. И даже сегодня после насильственного слома колхозного строя в нашей стране, многие делают выбор в пользу коллективного труда. И выигрывают от этого, как мы покажем ниже.
Западная подделка
Попытка реализации идеи народных предприятий была предпринята на Западе в ХХ веке. Причиной тому стала активная борьба рабочих за свои права. Опасность лишиться всей собственности в ходе революционных потрясений заставила буржуазию в экстренном порядке заняться разработкой мер по снижению социальной напряжённости. Одним из первых примеров такого рода стало принятие во Франции закона, который предусматривал передачу части акций работникам предприятия. Произошло это, что характерно, в апреле 1917 года.
Победа трудящихся в нашей стране в ходе Великой Октябрьской социалистической революции оказала ещё большее влияние. Успех большевиков напугал буржуазию настолько, что пример Франции стал широко распространяться. Одной из самых развитых эта система стала в США. Там в середине ХХ века был принят целый комплекс законов, который напрямую обязал владельцев предприятий передавать часть акций работникам.
Однако такого рода акционерные общества ничего общего с подлинным народным предприятием не имели и не имеют. Сам мотив их создания был порочен. Речь шла совсем не о социальной справедливости. Просто крупный бизнес отчётливо осознал необходимость делиться чем-то с рабочими, лишь бы не потерять всё. Поэтому и был найден способ «повязать» хотя бы часть рабочих, вырвать их из забастовочного движения и в какой-то мере сделать своими союзниками с громким названием «акционеры».
Формально рабочий становился одним из совладельцев предприятия. Но отдавать контроль над производством и распределением в руки рабочих буржуазия не собиралась. Поэтому контрольные пакеты акций оставались в руках нескольких дельцов. А большая масса миноритарных акционеров обычно оказывалась плохо организованной. Реально в управлении предприятием она никак не участвовала. Более или менее это было возможно на предприятиях с небольшим числом рабочих. Но когда речь шла о тысячах и десятках тысяч, то всё превращалось в обычную имитацию. Таким образом, поставленная цель легко достигалась: число «акционеров» в США к 80-м годам превысило 14 млн. человек. Президент Рональд Рейган по этому поводу цинично заметил: «Может ли быть лучшим ответ Карлу Марксу, чем миллионы работников, владеющих средствами производства?»
Однако суровая практика перечеркнула эти поспешные выводы. Сегодня уже очевидно, что снижение социально-классовой напряжённости на Западе было достигнуто совершенно иным способом. В первую очередь оно стало возможным за счёт вывода предприятий из развитых стран в страны третьего мира и размывания таким образом своего пролетариата. Огромную роль в подпитке этих механизмов сыграло разрушение СССР и всего советского блока. Западу почти даром достались колоссальные ресурсы и огромные рынки.
Современный кризис капитализма обнажил порочность всей системы финансового империализма. Стало ясно, что метод наделения рабочих акциями мог более-менее эффективно работать только тогда, когда имел подпитку за счёт эксплуатации трудящихся других стран. А когда пределы роста были достигнуты, ресурсы проедены, то сама эффективность этих псевдонародных предприятий оказалась под большим вопросом.
Сегодня именно этот изживший себя путь положен в основу так называемой программы «антиваучер». Её тезисы изложили на днях в совместной статье господа М. Шмаков и А. Исаев. Активист путинского «Народного фронта» и видный «единоросс» не находят ничего лучше его, чем воспроизводить западные рецепты почти столетней давности. И если они не хотят видеть пророков в своём отечестве, то пусть хотя бы прислушаются к тому, что говорят сегодня на Западе.
Известный американский экономист, профессор Нью-Йоркского университета Нуриэль Рубини одним из первых на Западе обратил внимание на то, что в условиях кризиса разделение общества на сверхбогатое меньшинство и бедное большинство пошло ускоренными темпами, а средний класс начал стремительно таять. Проще говоря, когда богатые, занятые спасением своих капиталов, перестали делиться, то миноритарные акционеры моментально остались ни с чем. Праздновать победу над марксистами оказалось рановато. Осенью 2011 года в своём интервью Н. Рубини открыто признал правоту Маркса, заявив, что «ничем не ограниченный финансовый капитализм и перераспределение доходов и имущества от трудящихся к капиталу способны привести к самоуничтожению капитализма».
Устоявшие посреди грабежа и развала
В рамках горбачёвской «перестройки» в наше общество была вброшена масса мифов. Они имели благостную форму, но в конечном счёте играли губительную роль. Одним из таких мифов стало якобы безусловное преимущество фермерского хозяйства. Но фермеризация российской деревни оказалась не целью, а средством. Она несла с собой насильственное и целенаправленное разрушение трудовых коллективов на селе. А вместе с коллективным производством погибала и вся инфраструктура села, так как содержать её становилось некому.
Сегодня обыденным российским пейзажем стали развалины колхозных строений, еле видные среди зарослей кустарника и сорной травы. В 2012 году на Всероссийском аграрном форуме в Уфе глава думского Комитета по аграрным вопросам, представитель «Единой России» Николай Панков признал, что в нашей стране за последние два десятка лет из оборота выпало 37 млн. гектаров пашни. Из них свыше 7 млн. не используются более десяти лет и заросли лесом. Это не просто констатация факта, а признание банкротства всей аграрной политики российских властей.
Что происходит с селом, когда умирает производство, можно увидеть в любом уголке России. Но некоторые примеры просто поражают. Село Верхняя Троица в Кашинском районе Тверской области — родина М.И. Калинина. К столетию со дня его рождения там стартовал крупный проект. В совхозе «Верхнетроицкий» к 1976 году был построен новый агрогородок с богатейшей инфраструктурой, которая не уступала иному районному центру. Были возведены и Дом культуры, и школа, и детский сад, и стадион, и даже своя гостиница в семь этажей. Инвестиции в совхоз «Верхнетроицкий», хоть и приуроченные к юбилейной дате, были долгосрочными и абсолютно оправданными. Совхоз вовсе не был «чёрной дырой». В конце семидесятых хозяйство приносило в год около полумиллиона советских рублей дохода.
«Перестройка», «лихие 90-е» и путинская «стабильность» без жалости перепахали судьбу агрогородка в Верхней Троице. Население его за это время резко сократилось. Орденоносный совхоз пал жертвой «реформ». Богатейшая инфраструктура агрогородка частично заброшена, а остальная эксплуатируется на износ и постепенно рассыпается. Вместо того, чтобы эффективно использовать прекрасный центр роста и развития, его безжалостно загубили.
Для большинства крестьян условия жизни в современной России оказались невыносимыми, и бегство из села стало повальным. «Реформы» обернулись настоящей катастрофой и потерей нашей страной продовольственной безопасности. В итоге фермерство выиграло, но это было иностранное фермерство. Имея за спиной мощную поддержку своих правительств, оно начало вторжение на российский рынок. А у нас теперь всё, как в старом крестьянском присловье: в пашне огрехи — в кармане прорехи.
Тем не менее и в современной России можно встретить островки, которые, вопреки сложившейся системе, устояли. Они не просто выжили, но и показывают примеры эффективности, которых среди фермерских хозяйств не найти.
Одним из лучших предприятий Ставропольского края является сельскохозяйственный производственный кооператив «Колхоз «Терновский». Его возглавляет коммунист Иван Андреевич Богачёв. Предприятие, на котором трудятся более 1400 человек, смогло не только сохранить производственные мощности, но и приумножить их. За всё время своей работы, включая последние два лихие десятилетия, «Терновский» никогда не был убыточным. Сегодня он входит в сотню лучших сельскохозяйственных предприятий России. В год коллектив «Терновского» производит около 50 тыс. тонн зерна, превосходя показатели не только многих конкурентов, но и целых областей России. Годовые обороты предприятия превышают 300 млн. рублей. Здесь очень хорошо помнят крестьянскую мудрость: человек трудится — земля не ленится, человек ленится — земля не трудится.
Благодаря тому, что колхоз сумел выстоять, выиграло и село Труновское, где он находится. Оно не бедствует в отличие от многих соседей. Здесь есть все условия для полноценной жизни. Сохранена и содержится в порядке вся инфраструктура: от дорог и коммунального хозяйства до трёх сельских школ. Работники «Терновского» имеют возможность получать путёвки в колхозный санаторий в Кисловодске за счёт предприятия.
Опыт «Терновского» недвусмысленно говорит о том, что процесс развала колхозов не носил объективного характера. Это прекрасно понимают и работники хозяйства, которые и не думают о том, чтобы податься в фермеры. Своё благополучие они напрямую связывают с судьбой всего предприятия.
Белорусский пример
Пример успешно развивающихся народных предприятий именно как системы, а не ряда исключений, даёт Белоруссия. Возьмём одно из хозяйств — ОАО «Старица-Агро». Расположено оно вдали от столицы и крупных трасс и является вполне рядовым, а отнюдь не «потёмкинской деревней». Форма собственности — коллективная. Хозяйство многопрофильное. Оно включает 9 деревень, 460 работников, 5 молочно-товарных ферм, тысячи гектаров сельхозугодий, порядка 7200 голов крупного рогатого скота. ОАО «Старица-Агро» даже в непростой для Белароруссии 2011 год показало рентабельность на уровне 10%. Благодаря его работе окрестные деревни получили развитую инфраструктуру: есть школа, больница, детские сады, Дом культуры, библиотека.
При хозяйстве по президентской программе недавно построен агрогородок. Условия жизни в нём ничем не уступают городским. В новые коттеджи заселяются в первую очередь специалисты самого ОАО, а также медработники и педагоги с перспективой бесплатно приватизировать это жильё. Это один из основных способов закрепить кадры на селе.
Но есть и другие преференции для молодых специалистов. Хозяйство на свои деньги отправляет на учёбу, платит стипендии, но с обязательством потом вернуться и работать в нём. Так выучили и зоотехника, и бухгалтера, и юриста, а сейчас обучение проходит один из врачей, которому предстоит возглавить здешнюю больницу. Для молодых специалистов есть и денежные надбавки от государства.
Помимо квалифицированных кадров «Старица-Агро» имеет и соответствующее материальное обеспечение: более 130 единиц техники, включая не только сельскохозяйственные машины, но и, например, автобусы, на которых на работу привозят коллектив. Техника новая, а не только советское наследство. И здесь ведущую роль опять играет государство, создавшее выгодные системы лизинга. Так, для техники белорусского производства срок кредита составляет до семи лет под 3—5% годовых. Но иностранные машины в случае надобности никто покупать не запрещает, в том числе и в кредит. Подход вполне прагматичный. Получает хозяйство и кредиты на развитие под 2—3% годовых.
Работе «Старицы-Агро» никак не мешает тот факт, что земля арендована на 99 лет, а собственником является государство. Если вспомнить наши российские реалии, то это огромный плюс. Ведь нет соблазна рейдерским захватом подмять хозяйство под себя, по-быстрому обанкротить, а землю продать. В Белоруссии сельхозугодьями владеет государство, поэтому и почвы для такого рода преступлений просто нет.
Сравнением с Белоруссией мы нисколько не хотим принизить труд отечественных сельхозпроизводителей. Устояв в условиях дикого рынка, отсутствия поддержки государства, а порой и прямой его враждебности, они доказали свою эффективность. Пример белорусской «Старицы-Агро» мы приводим для того, чтобы показать, как сказывается в современных условиях системная государственная поддержка села. Ведь очевидно, что таким образом повышаются конкурентоспособность предприятия, уровень жизни и социальной защищённости его работников. Плоды такой поддержки видны невооружённым глазом. Закономерно, что именно один из белорусских производителей — агрокомбинат «Дзержинский» стал первым среди сельхозпредприятий СНГ, получивший сертификат Швейцарского института стандартов качества. А это прямая дорога для конкуренции уже не на внутреннем, а на таком крупнейшем внешнем рынке, как Западная Европа.
Точка опоры
Востребованность народных предприятий в России подтверждается практикой. Целый ряд их под руководством директоров-коммунистов выходит на позиции лидеров в своих отраслях.
Сельскохозяйственный производственный кооператив «Звениговский», возглавляемый Иваном Ивановичем Казанковым, является известным в России предприятием. Он располагается в посёлке Шелангер Республики Марий Эл. Его основная специализация — свиноводство, и здесь он занимает ведущие позиции в стране. В 2010 году поголовье свиней в СПК составляло более 100 тысяч. В июле 2012 года эта цифра превысила отметку в 120 тысяч, а плановый показатель на конец года — перевалить за 135 тыс. голов.
Сегодня «Звениговский» стал крупным многопрофильным хозяйством с числом работников более 1700 человек. СПК включает в себя полную переработку продукции и розничную сеть. Причём в течение первого полугодия 2012 года число розничных точек реализации готовой продукции почти удвоилось: увеличилось с 56 до 110 единиц. Одновременно хозяйство занимается и обработкой земли. Площадь пашни составляет свыше 23 тыс. гектаров. Парк техники СПК насчитывает 354 машины — от тракторов и комбайнов до автомобилей разных видов.
Динамичное развитие «Звениговского» происходит за счёт внутренних резервов самого предприятия. За 2011 год инвестиции в производство составили 468,8 млн. рублей. Более половины этих средств были вложены в строительство. Предприятие находится в коллективной собственности.
Средняя заработная плата в «Звениговском» в середине 2012 года составила более 28 тыс. рублей, перекрыв среднюю по республике почти вдвое. Планируется, что к концу года работник СПК в среднем будет получать более 30 тыс. рублей.
Помимо высокого уровня оплаты труда СПК предоставляет социальный пакет. Фактически, народное предприятие заменяет собой в этой области государство, которое социальную сферу позорно бросило на произвол судьбы. «Звениговский» вкладывает средства в инфраструктуру села. Работники имеют возможность брать льготные ссуды на строительство жилья. Наконец, каждый сотрудник ежемесячно бесплатно получает набор продовольственной продукции.
Пример хозяйства И.И. Казанкова отнюдь не единственный. Неподалёку от города Усолье-Сибирское в Иркутской области расположился сельскохозяйственный производственный кооператив «Усольский свинокомплекс». Им с момента постройки руководит коммунист Илья Алексеевич Сумароков. Сегодня на этом предприятии содержат 90 тыс. голов свиней. Вся продукция перерабатывается на самом комплексе. СХПК «Усольский свинокомплекс», как и «Звениговский», обладает своей розничной сетью, через которую реализуется 90% продукции. В эту сеть входят 23 магазина по всей Иркутской области. Развозом продукции занимается своё автопредприятие, имеющее 25 машин. С посредниками кооператив не работает принципиально, да это и не нужно. В выигрыше оказываются и производитель, и потребители, а проигравшими остаются дельцы, умеющие лишь накручивать ценник.
«Усольский свинокомплекс» планирует расширение производства. За 2011 год инвестиции в предприятие составили внушительную сумму в 341 млн. рублей. И только около 10% этих средств составляют государственные деньги.
Форма собственности на предприятии — коллективная, а его успехи имеют вполне конкретное выражение в уровне жизни сотрудников. На июнь этого года их насчитывалось 883 человека. Средняя зарплата превышает 32 тыс. рублей, и это существенно выше средней по области. Что же касается Усольского района, то его жители буквально стоят в очереди, чтобы получить работу на свинокомплексе. На предприятии большое число сотрудников имеют высшее образование и даже учёные степени. Но директор, будучи опытным хозяйственником и хорошо понимая приоритеты в экономике, не хочет хвалиться этим. Ведь находящийся неподалёку «Усолье-Сибирский химфармзавод» влачит жалкое существование, растеряв свои квалифицированные кадры. Многие из них нашли работу у И.А. Сумарокова, но он-то знает, где эти люди могли бы принести большую пользу стране. Такой уровень мышления и широту взглядов — да нашим бы главам федеральных министерств. Ведь этот государственнический подход может быть применён в самых разных сферах.
Вот ещё несколько характерных черт работы «Усольского свинокомплекса». Зарплата администрации предприятия рассчитывается, исходя из средней зарплаты рабочего по специальному коэффициенту. Таким образом, управленцы напрямую заинтересованы в том, чтобы рабочие могли заработать больше. Повышается общая эффективность работы. Если сравнить с доминирующим в бюджетной сфере подходом (держать всех на голодном пайке), то порядки, заведённые Ильёй Алексеевичем Сумароковым, являются прямой противоположностью.
Однако не только размер оплаты труда обеспечивает высокий уровень жизни работников СХПК. На предприятии действуют многочисленные внутренние механизмы перераспределения прибыли. Например, его сотрудники получают в месяц бесплатно по 4 кг мяса. Кроме того, выделяется по 1500 рублей в месяц на компенсацию оплаты услуг жилищно-коммунального хозяйства.
Когда видишь эти живые примеры успешной работы народных предприятий, вспоминаются слова К. Маркса, которые процитировал Ф.Энгельс в одном из своих писем: «Рабочий свободен лишь тогда, когда он является владельцем своих средств производства; это возможно в индивидуальной или коллективной форме; индивидуальную форму владения экономическое развитие преодолевает, и с каждым днем будет преодолевать всё более; остается, стало быть, лишь форма коллективного владения…»
Сегодня мы видим, что успех работы народного предприятия не только немедленно сказывается на благосостоянии его коллектива, но и положительно влияет на жизнь обитателей окрестных селений. Видят это и сами жители. Не случайно в результате выборов в Усольском районе ведущее положение заняли коммунисты.
Показатели успешных народных предприятий России, руководимых коммунистами, недвусмысленно указывают путь выхода нашего сельского хозяйства из затянувшегося на два десятка лет кризиса. А ведь практика их работы может найти применение не только на селе.
Деятельность народных предприятий закономерно находится в центре внимания КПРФ. Она внимательно изучается, пропагандируется, служит основанием для законодательных инициатив партии. Конкретный опыт работы народных предприятий был обобщён нами в ходе «круглого стола», проведённого в Государственной думе в октябре прошлого года. Его участники составили пакет рекомендаций, в которых использованы самые передовые наработки. Эти материалы были опубликованы и направлены в органы государственной власти России, включая президента и председателя правительства. Работа, проводимая парламентской фракцией КПРФ, позволила внести в Госдуму законопроект «О народных предприятиях». В случае его принятия создаётся законодательная основа для такой системы хозяйствования, в которой владельцем предприятия мог бы являться сам трудовой коллектив. В этих условиях каждый будет заинтересован в успехе общей работы, а экономика страны получит важный стимул к развитию.
Наши законодательные инициативы – важная часть последовательной работы КПРФ. В 2009 году программа развития народных предприятий вошла в Антикризисную программу партии. Она получила широкую поддержку в ходе Народного референдума. Во время избирательных кампаний 2011—2012 годов за неё высказались миллионы наших сограждан. Идя к своему XV съезду, КПРФ предлагает внятную альтернативу проводимой в стране политике, гарантируя при этом и создание благоприятных условий для успешного развития народных предприятий.
К сожалению, живой опыт тружеников не востребован действующей властью. Более того, вступление нашей страны в ВТО наносит тяжелейший удар по национальному производителю и грозит ему окончательным разорением. Вполне закономерно, что народные предприятия, рождённые глубокой национальной традицией, не нужны той власти, чья политика носит разрушительный характер. Реальное изменение ситуации к лучшему станет возможным только в случае прихода к власти национально ориентированного левого правительства и решительного изменения курса социально-экономического развития страны. Тогда народные предприятия скажут своё решающее слово и станут крепкой опорой России.
Г.А. ЗЮГАНОВ.
Председатель ЦК КПРФ.