Г.А. Зюганов: «Стране крайне необходим бюджет Победы»

Федеральный бюджет, проект которого на предстоящие три года Государственная дума рассмотрит 22 октября, — это не просто показатели доходов и расходов российской казны. Речь идёт о важнейшем документе, отражающем план развития страны, его идеологию, основополагающие приоритеты, стратегические цели. О понимании драматизма и сложности обстановки теми, кто за формирование бюджета отвечает. А значит, отвечает за то, каким будет наше будущее.

Сегодня России, её тысячелетней цивилизации англосаксами и натовцами объявлена война на полное уничтожение. И показатели, отражённые в бюджете, обязаны соответствовать масштабам задач и угроз, стоящих перед страной, вступившей в сражение. По сути, в сражение за своё выживание, которое идёт и на том фронте, где мы противостоим сильному противнику с оружием в руках. И на том, где разворачивается борьба за наше развитие. За экономический суверенитет, являющийся неотъемлемым условием подлинного политического суверенитета. За преодоление опасного отставания, ставшего результатом грабительской политики, развернувшейся после предательского развала СССР. За победу над массовой бедностью, вымиранием и другими социальными недугами, порождающими раскол в обществе. В обществе, которому перед лицом исторических угроз как никогда необходимы единство и сплочённость.

Главный вопрос о бюджете сегодня звучит так: служит ли он основой и поддержкой в том сражении с фашизмом, с колониальной идеологией капиталистического глобализма, с изменой и несправедливостью, которую наши бойцы ведут на передовой? Создаёт ли он надёжный политический, экономический и социальный тыл, помогающий победе в этом сражении?

К сожалению, внесённый правительством в Думу проект бюджета не позволяет ответить на эти вопросы утвердительно. Приходится констатировать, что он скорее противоречит названным важнейшим задачам. И хотя мы не можем согласиться с этим бюджетным проектом в его нынешнем виде, партия находит в нём убедительное подтверждение справедливости наших требований. Нашей Программы Победы. И предложенного нами Бюджета Развития, который является одной из её главных составляющих.

 Сомнительный прогноз и реальность кризиса

Непременная основа бюджетного проекта, главный ориентир, на котором он базируется, — это правительственный прогноз социально-экономического развития на ближайшие годы. От его точности и адекватности зависит то, насколько реалистичным, продуманным и ответственным является сам предлагаемый бюджет. Именно с этого прогноза и начинаются изъяны документа, представленного на рассмотрение депутатов.

Заложенные в нём показатели, которых финансово-экономический блок правительства ожидает по итогам 2025 и 2026 годов, свидетельствуют: экономика и промышленное производство вошли в полосу стагнации. И настойчиво сигнализируют о несостоятельности и тупиковости проводимого социально-экономического курса. О его категорическом несоответствии опасности и вызовам, стоящим перед нашей страной сегодня.

По итогам текущего года ВВП, согласно прогнозу, прибавит только один процент. По итогам 2026-го — 1,3%. Это почти втрое ниже ожидаемого среднемирового уровня. И более чем втрое хуже наших результатов 2024 года. После заметного ускорения двух предыдущих лет мы снова вошли в колею отставания. Сугубо условной прибавки ВВП в районе одного процента, вокруг которого наша экономика уже топталась многие годы.

Аналогичная картина — в промышленном производстве, без достойного роста которого невозможен и реальный рост экономики в целом. В нынешнем году оно вырастет на 1,5%. А согласно базовому прогнозу на 2026 год, может увеличиться на 2,3%. Но одновременно кабмином представлен консервативный прогноз, который гласит: рост промышленного производства в 2026-м может не превысить 0,8%.

Выводы экономистов, представляющих Академию наук, и других специалистов, оценивающих представленный проект, ещё более тревожны. И заключаются в том, что де-факто у нас наблюдается уже даже не стагнация, а фактическое падение экономики. Уход в минус и промышленного производства, и ВВП. На фоне этих выводов даже та неутешительная характеристика происходящего, которую даёт в своём прогнозе правительство, выглядит неоправданно оптимистичной.

Резкое проседание темпов роста экономики в нынешнем году и падение производства в большинстве отраслей настойчиво сигнализируют о кризисных последствиях сохраняющегося курса, унаследованного от «лихих 90-х». Но ни заявления финансово-экономических властей, ни характер предлагаемого ими бюджета корректировку этого курса не предполагают. А без неё невозможно переломить нарастающие опасные тенденции и вывести экономику на траекторию устойчивого подъёма.

Те же тревожные признаки стагнации и усиливающихся кризисных процессов отражаются в прогнозе по поводу инвестиций в основной капитал. По итогам 2025-го они не превысят 1,7%. А в 2026-м и вовсе сократятся на 0,5%, согласно базовому прогнозу, или даже на 1,3% — согласно консервативному. Но без увеличения инвестиций экономический рост исключён в принципе.

Констатации негативных тенденций, убедительного противодействия которым этот проект бюджета не предлагает, в том же прогнозе сопутствуют явно сомнительные предположения и обещания.

Инфляция, как утверждает правительство, по итогам 2025-го составит 6,8%. А на протяжении следующих трёх лет будет оставаться на одной и той же отметке — 4%. Но даже официальная статистика показывает: нынешней осенью наметившееся было снижение темпов инфляции вновь сменилось их нарастанием. В первой половине октября они вдвое превысили сентябрьские. Если сохранятся как минимум такие темпы роста цен, они через год будут не на 4 и не на 7, а минимум на 12% выше сегодняшних. Но вместо того, чтобы наконец ответить на наше требование о регулировании цен на товары первой необходимости, которое полностью совпадает с требованием большинства граждан, нас продолжают кормить прогнозами, будто кризисная обстановка чудесным образом улучшится сама собой.

При этом в самом проекте бюджета отмечены факторы, указывающие не на перспективу замедления роста цен, а на перспективу ускорения инфляции.

Ожидается, что рубль на протяжении всей предстоящей трёхлетки будет обесцениваться по отношению к основным мировым валютам. И к 2028 году достигнет отметки 102 за доллар и 111 за евро. Одновременно с этим налог на добавленную стоимость (НДС) повысится с 20% до 22%. А число предприятий, имеющих право на налоговые льготы и уплату налогов по упрощённой схеме, будет резко сокращено. Если прежде в него входили предприятия с годовым оборотом не более 60 миллионов рублей, то со следующего года льготы сохранятся только у тех, чей оборот не превышает 10 миллионов.

Специалисты оценивают эти инициативы правительства и его прогноз, касающийся валютного курса, как откровенно проинфляционные факторы. То есть обещающие не торможение роста цен, а их дальнейший разгон, который коснётся как отечественных, так и зарубежных товаров.

Отсюда следует неизбежное падение реальных доходов граждан. Но прогноз минэкономразвития, содержащийся в проекте бюджета, гласит: их реальные доходы в следующем году вырастут на 2,1%. Видимо, составители бюджета рассчитывают, что, пока трудящиеся будут и дальше беднеть, статистику доходов подправят олигархи. Ведь они, продолжая и в военное время уклоняться от вложений в развитие страны и от помощи фронту, при этом ежегодно пополняют свой суммарный капитал на десятки миллиардов долларов.

К концу предстоящего трёхлетнего периода правительство обещает ускорение роста экономики. А его основным фактором называет активизацию потребительского спроса. Но и его перспектива не просматривается ни в 2026 году, на который прогнозируется увеличение розничных продаж лишь на один процент, ни в следующие два года.

Другой предложенный фактор роста — улучшение в течение следующих трёх лет сырьевой конъюнктуры, которое предвидит кабинет министров. Подорожание нефти на мировом рынке и наращивание её экспорта из России. Однако происходящее сегодня противоречит и этому прогнозу. Сырьё, составляющее основу нашего экспорта, падало в цене на протяжении большей части нынешнего года, а его экспорт сокращался. В результате наши нефтегазовые доходы рухнули в сентябре на 25% по сравнению с доходами годичной давности. Их обрушение является одной из главных причин стремительно нарастающего дефицита бюджета. И одним из очевидных подтверждений всё той же тупиковости курса, сохранение которого не позволяет стране преодолеть сырьевую зависимость экономики, вдвойне опасную в условиях развёрнутой против нас санкционной войны.

Всё это говорит о том, что в целом бюджетный прогноз построен на сомнительных основаниях, лишённых убедительной аргументации и противоречащих сегодняшним очевидным тенденциям. А значит, на таких же основаниях базируется и сам бюджетный проект.

 Под девизом «Обирай ограбленных»

Главной проблемой бюджета и финансовой системы в целом правительство считает его дефицит. По итогам нынешнего года он прогнозируется на уровне 5,7 триллиона рублей. В новом бюджете указаны меры, которые, как обещают его составители, позволят в следующем году снизить дефицит до 3,8 триллиона. Какие же источники пополнения доходов и сокращения дефицита видит экономический блок кабинета министров, согласно его официальным комментариям к проекту?

Первый источник — наращивание госдолга. Для затыкания дыр правительство намерено резко нарастить заимствования. И как следствие — существенно увеличить долю бюджетных средств, которая будет истрачена не на развитие, а на погашение долгов. И на уплату процентов по ним.

Второй источник «оптимизации» составители бюджета видят в дальнейшей приватизации значительных долей в государственных предприятиях, благодаря которой рассчитывают выручить от 100 до 300 миллиардов. То есть в продолжении начатого в разрушительные 90-е процесса разгосударствления экономики. Распродажи народной собственности за бесценок всё тем же нуворишам, которые паразитируют на ресурсах страны, ничего не отдавая ей взамен. Разрушительные плоды этого процесса давно очевидны всем здравомыслящим людям. Но те, кто отвечает за экономику и финансовую политику, упорно тащат губительные, протухшие рецепты ельциных — чубайсов — гайдаров и в наш завтрашний день.

Третий источник они находят в карманах граждан. Это увеличение налоговой нагрузки. Но не на богачей, а прежде всего на самых бедных и незащищённых. К этому добавляется рост ударяющих по ним же штрафов и поборов — таких как утилизационный сбор, который угрожает головокружительным ростом цен на автомобили и обрушением отечественного авторынка.

Названные налоговые меры составители нового бюджета рассматривают в качестве основных факторов его увеличения. Но специалисты предупреждают: эффект может оказаться обратным обещанному правительством.

За рост НДС будут платить потребители, для которых товары продолжат дорожать. Это создаёт риск снижения потребительского спроса как следствие падения покупательной способности граждан. А резкое сокращение тех, на кого распространяются налоговые льготы и упрощённая система налоговых расчётов, — это прямой удар по малому бизнесу. То есть по самой незащищённой, самой уязвимой части нашей экономики. И по одной из наиболее уязвимых социальных групп общества. Мало того, экономический блок правительства заявил о намерении следом покончить и с освобождением от налогов самозанятых. Тех индивидуальных предпринимателей, которые работают в сфере микробизнеса и чей годовой оборот не превышает 2—2,5 миллиона.

Изменение налоговых условий для малого бизнеса снижает прибыльность компаний, ориентированных на внутренний рынок. И, в конечном счёте, подталкивает большинство из них к банкротству и ликвидации. Это прямой путь к дальнейшему сокращению производства и падению экономики.

Налоговые новации заставят часть предприятий прекратить свою деятельность. Оставшиеся либо поднимут цены на свою продукцию ради компенсации возникших издержек, либо начнут искать способы ухода от налогов. Всё это грозит тем, что налоговая база государства в итоге не расширится, а сократится.
И в ближайшие годы фискальные сборы, направляемые в бюджет, не увеличатся, как нам обещают, а уменьшатся. А для поддержания расходов бюджета хотя бы на сегодняшнем уровне придётся и дальше наращивать его дефицит, и так приблизившийся к 6 триллионам.

Какого же роста расходов бюджета правительство рассчитывает добиться благодаря дальнейшему опустошению карманов граждан? Каким увеличением вложений государства в важнейшие сферы обещают обернуться налоговые манёвры экономических «стратегов»?

Ожидаемые расходы бюджета в текущем году — 42,8 триллиона. На 2026-й, согласно проекту бюджета, запланирован их рост до 44 триллионов. То есть на 1,2 триллиона — на 2,8%. Таким образом, он в 2026-м отстанет даже от официально прогнозируемой инфляции. Это значит, что в реальном выражении расходы бюджета в следующем году будут ниже, чем в нынешнем. В 2027 году правительство планирует увеличить расходы на 2 триллиона по сравнению с 2026-м. Этот рост превысит официальную инфляцию, но лишь на полпроцента. То есть, по сути, расходы не увеличатся. А реальная инфляция, в чём не сомневаются большинство специалистов, при этом существенно превысит официально прогнозируемую.

Но на деле даже условного роста бюджетных расходов может не быть, если полагаться на сомнительные налоговые манипуляции, бьющие по самым малоимущим, не находя более достойных и надёжных источников пополнения казны. И обрекая государство на постоянное увеличение займов для затыкания дыр. А сам бюджет — на дальнейший рост расходов на обслуживание государственного долга, который в нынешнем проекте, как и в предыдущих, остаётся на рекордном уровне. В 2026 году эти расходы достигнут 3,9, а в 2028-м превысят 4,5 триллиона рублей. То есть будут составлять без малого десятую часть бюджетных трат.

Так может выглядеть только бюджет социально-экономической капитуляции, а не бюджет Победы, который мы обязаны сформировать.

 Финансирование кризиса

Необходимо ещё раз подчеркнуть: этот проект бюджета верстался на фоне более чем трёхкратного снижения темпов роста экономики, падения производства в большинстве отраслей и продолжающегося роста цен. И авторы этого документа обязаны были рассматривать в качестве его главной цели стимулирование экономического подъёма и роста благосостояния людей. Но свёрстанный ими бюджет принципиально далёк от этого. В нём нет серьёзных ориентиров на мобилизацию наших ресурсов и на развитие. И никакой убедительной основы для них.

Комментируя внесение бюджета в правительство, руководство министерства финансов заверило: главные приоритеты, отражённые в важнейшем для страны документе, — это социальные обязательства, национальная безопасность, поддержка ветеранов специальной военной операции и достижение президентских целей развития. Это можно только приветствовать. Как и то, что на 2026 год заложен почти десятипроцентный рост расходов по разделу «Национальная экономика». А в 2028 году они должны составлять на четверть больше, чем в 2025-м. Но что конкретно скрывается за этими цифрами, если при детальном рассмотрении планов по финансированию ключевых экономических направлений обнаруживается: их поддержка урезается практически поголовно?

В течение предстоящей трёхлетки почти вдвое сокращается финансирование нацпроекта «Эффективная и конкурентная экономика» — ключевого среди связанных с задачами нашего экономического развития.

Стратегически важнейшую программу «Развитие авиационной промышленности» тоже обрекают на урезание в ближайшие два года.

На прошедшем в начале октября заседании комитета Совета Федерации по экономической политике глава Росавиации Дмитрий Ядров заявил: к 2030 году российский авиапарк может сократиться на 40%. Но даже такие прогнозы не останавливают авторов бюджета от решений, способствующих дальнейшему удушению отечественной авиации. Они, по сути, лишают её шансов на возрождение, стратегически необходимое стране. А сами при этом прогнозируют мифический скорый подъём экономики. Рост, которому попросту неоткуда взяться при такой бюджетной политике.

Планируется существенно ужать и программу «Развитие энергетики» — почти вдвое к концу бюджетной трёхлетки.

Особняком среди промышленных программ стоит «Развитие электронной и радиоэлектронной промышленности», бюджет которой обещает вырасти в 2026-м вчетверо. КПРФ настойчиво добивалась принципиального усиления поддержки этого направления, где у нас обозначилось опасное отставание. В том числе и на полях военных сражений. И наши усилия увенчались успехом.

Но внушительный рост финансирования отдельной, пусть и очень важной, программы, увы, не исправляет общую ситуацию, когда по другим стратегическим направлениям наносится жестокий финансовый удар. И прежде всего это касается нашей аграрной отрасли, российского села и тех тружеников, от нелёгкой работы которых зависит наша продовольственная безопасность. А значит — и безопасность национальная.

Академик В.И. Кашин, Н.М. Харитонов, Н.В. Коломейцев, директор передового совхоза имени Ленина П.Н. Грудинин, руководитель объединения «Звениговское» И.И. Казанков и другие видные представители нашей команды на протяжении многих лет делали и продолжают делать всё возможное, чтобы обеспечить увеличение государственных инвестиций в эту важнейшую сферу. Но составители бюджета стремятся своими решениями пустить под откос усилия лучших специалистов страны.

В СССР на поддержку сельского хозяйства направлялось не менее 15% расходов бюджета. Сегодня — лишь 1,3%. И новый бюджетный проект сулит не улучшение, а усугубление ситуации на этом направлении.

Самое негативное в экономической и промышленной части представленного проекта бюджета — это именно урезание финансирования буквально всех государственных программ, связанных с развитием села, аграрного сектора. С обеспечением продовольственной безопасности. На протяжении всей предстоящей трёхлетки даже в номинальном выражении не достигают уровня финансирования 2025-го такие программы, как «Развитие сельского хозяйства и регулирование рынков сельхозпродукции», «Комплексное развитие сельских территорий», «Вовлечение в оборот земель сельскохозяйственного назначения», «Развитие рыбохозяйственного комплекса».

Так могут действовать не те, кто стремится создать необходимые условия для успешного импортозамещения и снижения цен на жизненно необходимые товары, а те, кому выгодны усиление нашей зависимости от импорта и дальнейший разгон инфляции. И в конечном счёте — торможение нашей экономики и её окончательное сползание в кризис.

 Антинаучная бухгалтерия

Одним из ключевых показателей сбалансированности бюджета и ответственности подхода к его формированию являются социальные расходы — от медицины, образования, науки и культуры до института семьи, поддержки материнства и детства и обеспечения достойного функционирования жилищно-коммунального хозяйства. То есть всего того, от чего в первую очередь зависят и качество жизни наших граждан, и качество кадров, которыми пополняются предприятия, и демографическая ситуация в стране. Но и здесь приходится с сожалением констатировать: на фоне отрадных случаев увеличения финансирования ряда направлений вырисовывается общая тревожная картина. Фактическое обворовывание социальной сферы, заложенное в проекте бюджета.

Выступая с думской трибуны вскоре после того, как правительство внесло его на рассмотрение депутатов, я напомнил: наука и образование — это те сферы, которые требуют особенно пристального внимания и максимальной поддержки. Тем более сейчас, когда перед нами стоит стратегически важнейшая задача преодолеть технологическое отставание, обеспечить импортозамещение, поднять национальную промышленность, наполнив её новыми высококлассными кадрами. Напомнил я и о том, что стремительный социально-экономический рывок Китая и его путь к превращению в ведущую экономику мира начинался почти 40 лет назад с десятикратного увеличения расходов на фундаментальную и прикладную науку, на подготовку кадров.

Но предложенный нам бюджет таким задачам отвечать не может.

10 лет назад средняя зарплата учителя отставала от средней по стране на 4%. Сегодня отстаёт на 29%. 12 лет назад расходы на образование составляли 5% бюджета. Сегодня скатились уже до 3,8%. Это недопустимая ситуация, прямо противоречащая как социальным обещаниям власти, так и задаче повышения качества образования, без решения которой технологического прорыва добиться нельзя. И если бюджет будет принят в его нынешнем виде, мы не сможем решить эти проблемы с его помощью.

На первый взгляд, позитивной оценки заслуживают заявленные в проекте планы увеличения финансирования по разделу «Образование». В 2026-м оно должно вырасти на 10,6%. В 2027-м — ещё на 7,8%. В 2028-м — ещё на 8,3%. Но при этом и к концу следующей трёхлетки расходы на образование едва превысят 4% от общей суммы расходов бюджета. В то время как для полноценного финансового обеспечения этой сферы на неё необходимо направлять не менее 7% бюджетных средств. А выдающийся советский опыт напоминает нам о том, что в послевоенном СССР на её поддержку направлялся каждый пятый бюджетный рубль. Именно это открыло нам дорогу в космос, путь к новым социальным и экономическим прорывам, к достижению ядерного паритета с американцами и к выстраиванию надёжного ядерного щита, защищающего нас по сей день.

Наши лучшие специалисты — нобелевский лауреат Ж.И. Алфёров, И.И. Мельников, Ю.В. Афонин, Д.Г. Новиков, О.Н. Смолин, С.Е. Савицкая, Н.А. Останина, Н.И. Осадчий — вложили огромные интеллектуальные и творческие силы в работу над уникальным законопроектом «Образование — для всех». Но его принятие, категорически необходимое стране для возрождения великой русско-советской образовательной и научной школы, раз за разом блокируется теми, кто навязывает нам бюджет затыкания дыр и затянутых поясов. А по сути — удавки, которая набрасывается на наше будущее.

Казалось бы, отрадными выглядят планы составителей бюджета, касающиеся финансирования по разделу «Культура». Здесь прибавка почти на треть в 2026-м. И почти на 45% в 2028-м по сравнению с 2025-м. Но в денежном выражении на поддержку отечественной культуры против нынешних нищенских 233 миллиардов будут направлены, в сущности, такие же нищенские 337 миллиардов — 0,7% от всех расходов бюджета. Это категорически расходится с задачей патриотического, нравственного и интеллектуального воспитания граждан.

Что касается расходов на фундаментальную и прикладную науку, то в бюджетных разделах, нацпроектах и госпрограммах они внятно не указаны. Это в принципе не позволяет дать оценку реального финансирования науки в течение предстоящей трёхлетки. Но зато позволяет сделать неутешительный вывод: те, кто верстает бюджет, продолжают демонстрировать недопустимо пренебрежительное отношение к ней.

По разделу «Социальная политика», ключевому с точки зрения интересов граждан, предусмотрен рост расходов на 9,4% в 2026 году. Но в следующие два года бюджетного периода их планируется не повышать, а урезать. В 2027 году они будут сокращены даже в номинальном выражении. А в 2028-м лишь формально вырастут на 2,6%, что, с учётом инфляции, означает реальное сокращение. В итоге к концу трёхлетки номинальное финансирование раздела «Социальная политика» увеличится на 11,9% — даже ниже уровня официальной инфляции, суммарный показатель которой за трёхлетку должен достичь минимум 12%. В конечном счёте, составители бюджета обещают нам не рост, а падение финансирования социальной политики в реальном выражении в течение трёх ближайших лет.

В социальной части бюджета в качестве действительно позитивных примеров можно выделить два. Это нацпроект «Молодёжь и дети», финансирование которого в течение трёхлетки планируют наращивать и увеличить к 2028 году почти на 40% по сравнению с 2025-м. И расходы по разделу «Охрана окружающей среды», которая является одновременно и социальной, и экономической задачей государства. В 2026 году их планируется нарастить на 20%. А к концу трёхлетки — почти удвоить по сравнению с 2025-м. Остаётся надеяться, что это будет способствовать успешной борьбе с лесными пожарами и другими бедствиями, борьба с которыми требует решительного пересмотра принципов защиты наших природных богатств и роста финансовых вложений в решение этой задачи.

Но если говорить о других социальных направлениях бюджетного проекта, то планы его составителей не могут не вызывать тревогу и неприятие. Они уверяют, что бюджет является социально ориентированным. Но ключевой вопрос социальной политики сегодня — преодоление глубокого демографического кризиса. Самого настоящего вымирания страны, представляющего угрозу национальной безопасности. Как же эта стратегически важнейшая задача отражается в бюджете?

По разделу «Здравоохранение» нам обещают прибавку меньше чем на один процент в 2026-м и на 2,5% — в 2027-м. В итоге, с учётом инфляции, мы получим фактическое снижение расходов по важнейшему социальному направлению. Урезание на следующий год запланировано и по госпрограмме «Развитие здравоохранения». Финансирование национального проекта «Семья» в течение трёхлетки практически не вырастает. А нацпроект «Продолжительная и активная жизнь» и вовсе урезается даже в номинальном выражении.

Перед нами проект бюджета, прямо способствующий дальнейшему сокращению числа больниц и поликлиник. Нарастанию кадрового дефицита в медицинской сфере. Ухудшению качества диагностики и профилактики тяжёлых заболеваний. Сохранению стратегически крайне опасной зависимости от импортных лекарств, которой способствует фактическое изъятие из бюджета такого направления, как развитие отечественной фармацевтики.

И всё это — на фоне ускоряющегося вымирания, ставшего главным вызовом нашей национальной безопасности, основной угрозой нашему будущему!

В стране изношено 40% жилого фонда и 60% коммуникаций. Но это не останавливает тех, кто верстает бюджет, от откровенно циничных манипуляций с финансированием жилищно-коммунальной сферы. Нам предлагают смириться с тем, что в проекте заложено снижение расходов по разделу «Жилищно-коммунальное хозяйство» на 20% к концу предстоящей трёхлетки! Да, в 2026 году расходы по этому разделу обещают увеличить на 11% по сравнению с 2025-м. Но в дальнейшей перспективе обнаруживается их абсолютно недопустимое снижение — почти на треть в 2027-м. И откровенно издевательское, учитывая даже официальную инфляцию, двухпроцентное повышение в 2028-м.

Одновременно с этим на протяжении всего трёхлетнего периода собираются урезать госпрограмму «Обеспечение доступным и комфортным жильём и коммунальными услугами».

Финансирование межбюджетных трансфертов, от которых зависит поддержка регионов, подрастает в 2026-м на 5%, что едва перекрывает официальную инфляцию. В 2027-м рост здесь составит всего 0,4%. В 2028-м — 1,7%. Суммарная прибавка за три года — 7,2%. Она неизбежно будет съедена инфляцией. В итоге по разделу, в котором заложено обеспечение как экономических, так и социальных нужд регионов, намечено фактическое снижение финансирования.

Одновременно урезаются программы «Социально-экономическое развитие Дальневосточного федерального округа», «Развитие Северо-Кавказского федерального округа», «Социально-экономическое развитие Арктической зоны РФ», «Социально-экономическое развитие Республики Крым», «Восстановление и социально-экономическое развитие ДНР, ЛНР, Запорожской и Херсонской областей». Иными словами, под нож идёт практически всё, что сегодня связано со стратегически важнейшей географией социально-экономического финансирования.

Мишенью «оптимизаторов» бюджетных расходов оказываются регионы, буквально находящиеся на линии огня. Равно как и те, развитие которых наиболее важно в общенациональном смысле. И те, по которым каток вымирания прокатывается в последние десятилетия с особенной жестокостью. Прежде всего — классические русские регионы. Это не просто удручающий, но откровенно губительный шаг в нынешней ситуации.

 Мы будем бороться за бюджет Победы!

Планы составителей бюджета заставляют сделать два неутешительных, но принципиальных вывода.

Первое: бюджетная политика, как и политика финансовых властей в целом, не только тормозит реализацию стратегических установок президента В.В. Путина, связанных с необходимостью преодоления технологического отставания и достижения уверенного роста экономики на уровне не ниже мирового. Она прямо противоречит установкам главы государства, касающимся самих принципов формирования бюджета. Ещё в начале сентября на Восточном экономическом форуме президент подчёркивал: необходимо изыскивать источники дополнительных доходов. Но за счёт роста отечественного производства, за счёт мер, способствующих активизации национальной промышленности и увеличению производительности труда. А не за счёт дополнительных поборов с граждан и ограничения расходов, от которых зависит качество их жизни.

Второе: составители бюджета по-прежнему рассматривают в качестве источника его «оптимизации» в первую очередь фискальные и прочие манипуляции, опустошающие карманы малоимущих. А в качестве источника дополнительных доходов — средства тех, у кого их меньше всего. И старательно игнорируют возможность пополнения бюджета за счёт самых богатых.

Мы в очередной раз видим политику, вытекающую из олигархического курса. И вырастающий из него бюджетный проект.

Категорически отвергая такую политику и настаивая на том, что в нынешних военных условиях она фактически играет на стороне наших противников, КПРФ и народно-патриотические силы при этом предлагают свою убедительную альтернативу. Это наша программа социального, экономического, научного и духовного возрождения страны — Программа Победы. И наш Бюджет Развития, который является её составной частью. Он позволит увеличить средства в государственной казне минимум на 10 триллионов — на четверть.

Назову лишь некоторые меры, которые позволяют сделать это уже в краткосрочной перспективе.

В проекте на предстоящую трёхлетку продолжает сохраняться крайне негативный симптом, отличающий бюджетную политику на протяжении десятилетий. Это постоянное сокращение расходов бюджета относительно ВВП. То есть относительно того совокупного богатства, которое производит страна. В нынешнем году этот показатель сократился с 20% 2024-го до 19,7%. В 2026-м он снижается до 18,7%. В 2027-м — до 18%. В 2028-м — до 17,9%. Если бы в следующем году в бюджете аккумулировались хотя бы те же 20% ВВП, что и в 2024-м, это дало бы ему прибавку в 2 с лишним триллиона рублей.

Снижение бюджетных расходов относительно ВВП означает, что с каждым годом всё меньшая доля национального богатства направляется в бюджет и работает на нужды страны и общества. И всё большая оседает в карманах олигархии, служит интересам миллиардеров, только за первое полугодие 2025-го увеличивших своё совокупное состояние ещё на 25 миллиардов долларов. Или на те же два с лишним триллиона рублей. Это почти вдвое больше, чем сумма, на которую правительство готово увеличить бюджетные расходы в 2026-м. В общей же сложности кучка главных российских богачей, входящих в число 500 богатейших людей планеты, сосредоточила на своих счетах уже почти 700 миллиардов долларов. Это 57 триллионов рублей — на треть больше, чем составляют расходы бюджета в текущем году.

Дивиденды тех, кто баснословно богатеет, эксплуатируя ресурсы страны, по-прежнему облагаются минимальным 15-процентным налогом. Если бы с их доходов в казну взымалось хотя бы в два раза больше, как во многих странах мира, бюджет получил бы гигантскую прибавку.

В военных условиях власть не раздумывая шла на такие меры даже в цитадели рыночного капитализма — в Соединённых Штатах. В разгар Первой мировой конгресс США принял закон, согласно которому максимальная ставка федерального подоходного налога выросла в 1917 году с 15% до 67%. Год спустя она вновь увеличилась — до 77%. И держалась на этом уровне до конца войны. Аналогичный шаг был предпринят во время Второй мировой. Но на этот раз американцы подняли ставку федерального подоходного налога до 94%. Она применялась для доходов свыше 200 тысяч долларов в год, что в пересчёте на сегодняшние деньги составляет порядка 2,5 миллиона. Вот какую финансовую нагрузку государство заставило нести богачей в критической для страны ситуации.

А для наших финансовых властей сверхдоходы миллиардеров остаются священной коровой, заботливо оберегаемой от высоких налогов. Для них допустимо навязать трудящимся целую серию новых поборов. И задрать до запредельного уровня банковскую кредитную ставку, которая, по сути, парализует работу предприятий. Нокаутирует национальную промышленность. Прямо способствует резкому замедлению экономики и неподъёмному для абсолютного большинства росту цен. Но посягательство на капиталы олигархии остаётся запретной темой для проводников этого безжалостного и тупикового курса.

В отличие от повышения НДС и резкого усиления налогового давления на малый бизнес, новые налоговые меры правительства по отношению к игорному бизнесу можно только приветствовать. Но как они выглядят в цифрах? Для букмекерских контор устанавливается налог в 5% от размера принятых ставок. Плюс вводится 25-процентный налог на прибыль организаций, действующих в сфере игорного бизнеса. Но с них, не производящих ничего, не приносящих стране никакой пользы, следовало бы удерживать не 5 и не 25, а хотя бы 50% от прибыли и от суммы принимаемых ставок. Годовая выручка игорного бизнеса составляет сейчас порядка 2,5 триллиона. И минимум триллион для пополнения бюджета правительство могло бы получить с него.

Поступления в бюджет от акцизов на табак и алкоголь сегодня составляют более 900 миллиардов рублей. Но у правительства есть все возможности увеличить размер этих акцизов минимум вдвое и получить за счет этого ещё триллион. Благополучие граждан, доступность товаров первой необходимости, финансирование стратегических важнейших направлений развития намного важнее, чем цены на алкоголь и табак, которые в результате могут увеличиться.

В банках сегодня прокручивается уже почти триллион рублей, оставшихся на счетах граждан, которые ушли из жизни, не имея наследников. Их тоже можно было бы направить в бюджет. Но для тех, кто его верстает, интересы банковской сферы важнее.

По расчётам специалистов, не менее 20% нашей экономики находится в теневом секторе. А значит, вообще ничего не приносят казне. Выведение этого «экономического айсберга» из тени тоже могло бы принести бюджету триллионы дополнительных доходов. Но для этого нужно не выталкивать малый бизнес в тень, третируя его новыми налоговыми ужесточениями, а стимулировать его активную и легальную работу льготами и другими мерами поддержки. Именно такая политика, а не грабительские поборы, разрушающие этот сектор, привела бы к стабильным дополнительным поступлениям в бюджет.

Правительство настаивает, что один из важнейших источников пополнения казны — это рост потребительского спроса. Спорить с этим невозможно. Но существенное увеличение спроса становится реальностью, а не фантазией прогнозистов только при условии увеличения доходов трудящихся. А оно достигается лишь в том случае, если более справедливым становится распределение результатов вложенного ими труда.

Именно такая справедливость лежит в основе работы наших народных предприятий, которые даже в нынешних сложнейших условиях не только показывают лучшие производственные результаты. Они платят работникам зарплату, значительно превышающую среднюю по стране. Обеспечивают их жильём и социальными льготами, а их детей — лучшими условиями обучения и отдыха. Вот почему на фоне общего катастрофического падения рождаемости на этих предприятиях так много счастливых многодетных семей.

Если бы этот опыт был распространён на всю Россию, результатом стали бы и демографический подъём, и уверенный рост промышленного производства и ВВП, и приток в бюджет государства дополнительных триллионов доходов. Но для этого нужно принципиально скорректировать курс и перевести его на ту социалистическую основу, на которую опираются народные предприятия. И делом доказывают, что этот путь возрождения страны — самый прогрессивный и самый эффективный.

Но главный источник доходов, который благодаря сохраняющемуся финансово-экономическому курсу остаётся недоступным для бюджета, — это сверхдоходы богачей. И гигантская собственность, сосредоточенная в их руках. Прибыль от неё стекается в их бездонные карманы, не доставаясь государству и обществу.

Если бы собственность, которой они распоряжаются и благодаря которой богатеют, была в руках государства, то мы читали бы новости не о том, кто из наших богачей вышел на первое место в «золотом» списке Форбс. А о том, что эти гигантские средства направлены на безопасность Державы. На укрепление обороноспособности страны. На инвестиции в экономику. На развитие социальной сферы, строительство жилья. На достойную поддержку материнства, детства и пенсионеров. На наш уверенный подъём. На нашу долгожданную победу.

Вот почему Бюджет Развития, который мы предлагаем, и наша Программа Победы неразрывно связаны с национализацией стратегической собственности. С восстановлением государственного планирования. И с принципиальным пересмотром налоговой политики, которая сегодня дополнительно обирает народ.

Невзирая на грозные опасности и вызовы, которые мы обязаны преодолеть ради сохранения нашей Державы, нам в очередной раз навязывают бюджет, который их откровенно игнорирует. И одновременно — усугубляет.

Но в нас, никогда не прекращавших борьбу за интересы Родины и народа, это лишь укрепляет уверенность в своей правоте. В необходимости продолжать бороться за реализацию нашей программы, нашего народного бюджета, за который голосует само время. Убеждает в том, что, несмотря на все трудности и упорное сопротивление разрушителей и «пятой колонны», эта борьба непременно увенчается Победой.