«Широкий народный фронт — новый шаг к единству патриотических сил». Статья Г.А. Зюганова в газете «Правда»
Ситуация, складывающаяся в России после пенсионной «реформы» прошлого года, усиливающееся недовольство народа своим положением требуют от нас углублённого анализа социально-экономических процессов, баланса общественных и политических сил. Без этого невозможна выработка грамотной стратегии и тактики в условиях быстро меняющейся обстановки в стране. Тупиковый, а вернее сказать, разрушительный характер нынешнего курса был вполне очевиден изначально, как только группировка Ельцина, осуществившая в 1991 году государственный переворот, стала закладывать основы новой социально-экономической модели. Классовый подход, инструментарий марксизма-ленинизма позволил нам сразу определить, в интересах какого класса проводится эта политика, дать оценку состава этого класса, прогнозировать пагубные последствия отказа от социализма.
КУРС на реставрацию капитализма сразу начал вгонять Россию в глубокий кризис, политической кульминацией которого был второй государственный переворот в октябре 1993 года, а экономической — финансовый крах 1998 года. Тогда правящую группировку РФ спасли мировые цены на нефть, которые с 1999 года быстро пошли вверх. Крохи с нефтяного пирога до поры до времени позволяли российской верхушке покупать лояльность достаточно широкого спектра общества.
Принципиальная особенность нынешнего момента состоит в том, что нефтяная подушка не может больше поддерживать тонущий корабль российской экономики. Цена бочки нефти скатилась со 120 и больше долларов до 50—60 в настоящее время. Но, тем не менее, казна переполнена нефтегазовыми деньгами, ибо они идут не на социальные нужды и развитие экономики, а на зарубежные счета и разнообразные «инфраструктурные проекты», создающие безбрежные возможности для «распила».
Между тем власть продолжает ссылаться на нехватку денег как предлог для резкого увеличения числа и размеров разнообразных налогов, сборов и поборов с простых граждан. При этом реальные доходы населения падают уже шестой год подряд. Конца и края обнищанию народа не видно.
Всё это сильно отражается на общественных настроениях. Даже по оценкам провластных социологов, поддержка правящей группировки падает невиданными темпами. Правительство РФ да и Государственная дума уже давно утратили симпатии народа. Но популярность главы государства долго оставалась на высоком уровне, несмотря на многолетнее снижение жизненного уровня населения.
Каплей, переполнившей чашу терпения народа, стала пенсионная «реформа». Она была справедливо оценена людьми как беспардонное покушение на их и без того урезанные до предела социальные права. Мощные акции протеста, организованные по всей стране КПРФ, вывели на улицы сотни тысяч людей, которые раньше и не помышляли об участии в политической деятельности. Популярность президента России упала до небывало низкого уровня в 32%. И этот процесс, судя по всему, имеет необратимый характер.
Народ всё сильнее испытывает потребность в переменах и всё более решительно требует их. Если в стране, даже по официальным данным, около 20 миллионов нищих, а это, как правило, молодые семьи с детьми, вряд ли власть может надеяться, что они согласятся вечно пребывать в нищете. Более того, по многим оценкам, уровень бедности составляет уже более 50% населения России. А это уже десятки миллионов обездоленных людей. Готовы ли они бесконечно влачить беспросветное существование? Вряд ли.
Всё более сильное недовольство испытывает молодёжь. Она не видит своего будущего в России. Часть молодых людей подумывает об эмиграции, часть уже уехала. Но те, кто остаётся, явно будут радикализироваться.
Недоволен малый и средний бизнес, который душат налоги, рэкет бандитов и контрольных органов, постоянная смена правил работы. Микробизнес, а это подавляющее большинство предпринимателей, постоянно находится на грани выживания.
Недовольны обманутые дольщики, которых годами водят за нос. Недовольны фермеры, которым вместо госсубсидий выкатывают повышение цен на ГСМ и снижение цен на урожай. Недовольны промышленные рабочие, которые получают мизерные зарплаты за тяжелейший труд и которых постепенно лишают социальных гарантий советских времён.
Недовольны учителя и врачи, у которых зарплаты вроде бы подросли, но не у всех и только за счёт увольнения коллег и резкого увеличения нагрузки на оставшихся. Недовольны учёные, у которых отнимают возможность заниматься делом жизни.
Этот перечень можно продолжать до бесконечности. Труднее найти социальную группу, которая испытывает удовлетворение нынешним положением. Даже олигархи оказались между молотом народного гнева и наковальней западных санкций. Сейчас они мечутся в стремлении спрятать неправедно нажитые богатства, на которые покушаются более крупные и безжалостные западные хищники.
Судя по многим признакам, и в самой правящей элите царит раздрай. При общей стратегической заинтересованности в сохранении нынешнего положения дел, существует как минимум две группы, занимающие диаметрально противоположные позиции. Это «западники», полностью контролирующие экономический и информационный блоки правительства. И это «государственники» из силового блока. Помимо этих двух основных «башен Кремля» существует немало мелких групп, враждующих между собой. Есть ещё региональные элиты, находящиеся в наиболее сложном положении. На них давит федеральный Центр, который проводит непопулярные реформы руками регионов. С другой стороны, на «регионалов» давит народная масса, которая выплёскивает своё негодование именно на местных руководителей.
Таким образом, правящая верхушка объединена не надёжными идейными скрепами, не стремлением решать крупные общегосударственные задачи, а исключительно круговой порукой коррупции и стремлением сохранить возможность бесконечно грабить Россию. Это слишком шаткая конструкция, которая вряд ли выдержит порыв социального ветра.
В ОБЩЕСТВЕ всё чаще говорят о назревании революционной ситуации. Несколько серьёзных учёных ещё несколько лет назад выступили с аргументированными прогнозами, что крупные социальные трансформации могут произойти в ближайшие годы. Некоторые считают, что это может случиться уже в следующем году. И действительно, назревание объективных и субъективных предпосылок для этих трансформаций идёт быстрыми темпами.
Уже даже самые стойкие сторонники «Единой России» окончательно теряют надежду, что «добрый царь» всё-таки сделает что-нибудь для народа. Повышение пенсионного возраста окончательно убило у миллионов людей веру в то, что власть хочет и может улучшить их жизнь.
Однако если за созревание объективных факторов перемен отвечает правительство, разваливая экономику, снижая уровень жизни населения, то к субъективному фактору относится политическая и общественная деятельность самого общества. И КПРФ как ведущая оппозиционная партия обязана позаботиться, чтобы грядущие преобразования были направлены на вывод страны из нынешнего глубокого кризиса, на создание благоприятных условий для развития и повышения благосостояния трудящихся.
Между тем мы обязаны учитывать, что в ряде стран бывшего СССР законное недовольство масс прозападными режимами было искусно использовано, чтобы привести к власти ещё более прозападные, проамериканские, русофобские силы. Достаточно упомянуть киевский Майдан, который начинался как проявление всеобщего возмущения безудержной коррупцией, а закончился перехватом инициативы и победой бандеровцев и нацистов.
Мы знаем, что наши западные «партнёры» и их российские клиенты энергично готовятся повернуть ход событий в свою сторону. Они изображают из себя главных поборников демократии, прав человека, борцов против коррупции и за интересы простого человека. Они используют современные методы информационно-пропагандистской работы, особенно социальные сети, выдвигают жёсткие лозунги, привлекательные для молодёжи и людей среднего возраста, пытаются перехватить идеи и требования левопатриотической оппозиции. И часть молодёжи, особенно в крупных городах, проявляет готовность поддерживать таких русофобов.
С другой стороны, есть немалый пласт патриотических групп и организаций, которые во многом разделяют наши взгляды и позиции. Оценивая потенциал работы с ними, надо исходить из того, что за Павла Николаевича Грудинина — нашего кандидата на недавних президентских выборах — проголосовало почти 9 миллионов человек. И это лишь по официальным данным, к которым нужно относиться с изрядным сомнением. Ибо хорошо известно, что гигантская машина избирательных фальсификаций систематически и в огромных масштабах занижает реальный уровень поддержки КПРФ.
Выборы в Иркутской и Ульяновской областях, в Приморье показали, что за КПРФ готовы проголосовать уже 35—40% избирателей. В Хакасии наш кандидат получил более 50% голосов.
Но мы не можем самоуспокаиваться. Мы обязаны глубоко анализировать истоки народных настроений, чтобы правильно определять свою стратегию и тактику. Недовольство людей имеет как общие источники — повышение налогов, цен и тарифов, падение реальных доходов, так и местные проблемы. Нам при выработке тактики работы с населением следует внимательно изучать оба типа проблем и чётко формулировать наши подходы к их решению.
Дело в том, что на национальном уровне мы очень хорошо представляем себе порочность социально-экономической политики нынешней власти. Много говорим об этом в партийной прессе, используя парламентскую трибуну и возможности социальных сетей. У нас с участием ведущих учёных разработаны эффективные программы вывода России из кризиса.
Однако людей интересуют, прежде всего, проблемы, с которыми они сталкиваются непосредственно, в повседневной жизни. Биржевые курсы, фьючерсы на нефть и газ мало затрагивают простого человека. Его волнуют, прежде всего, состояние местной больницы и качество лечения, состояние соседней школы и качество учёбы детей, состояние дорог и уровень зарплат, цен в местных магазинах.
Вот если мы будем ещё более энергично вникать в эти проблемы, мы получим мощную поддержку людей. Прописные, казалось бы, истины. Однако некоторые товарищи много и с удовольствием выступают по общим вопросам, но не слишком интересуются жгучими местными проблемами, не считая их достойными внимания политической партии.
Но именно на этих проблемах мы можем выстроить взаимодействие с широким кругом общественных сил на местах. Мы как парламентская партия с представительством в региональных и местных органах законодательной власти являемся естественным центром притяжения для разрозненных общественных групп и организаций.
На VII Конгрессе Коминтерна, 100-летие которого мы отмечали в начале марта, была сформулирована концепция Народного фронта — широкого объединения крестьянства, мелкой городской буржуазии и трудовой интеллигенции на базе единого рабочего фронта, а также принципы Правительства народного фронта как власти широкой классовой коалиции. Убеждён, что концепция Народного фронта и его Правительства не потеряла актуальности и сегодня.
Нашей стратегической линией является создание широкого фронта народно-патриотических сил. КПРФ — наиболее крупная сила оппозиции, имеющая чёткую программу, разветвлённую сеть региональных и местных организаций, опыт парламентской деятельности. Мы не претендуем на безусловное лидерство. Однако сама логика политических процессов показывает, что КПРФ может и должна стать ядром Народного фронта.
Между тем это возможно только в том случае, если мы будем с уважением относиться к другим членам патриотического фронта, как крупным, так и небольшим. Мы должны делом, реальной борьбой подтверждать право на лидерство. Для этого в партии нужны люди, способные увлечь народ, повести за собой, четко сформулировать требования к власти и наши конструктивные предложения. Смело, невзирая на репрессии, бороться за политические и экономические права народа.
Расширение социальной опоры КПРФ должно стать основой деятельности каждой партийной организации на всех уровнях. Именно в общественных организациях и группах, зачастую созданных на «неполитической» основе, в людях неравнодушных, смело поднимающих, казалось бы, «бытовые» проблемы и добивающихся их решения, мы можем и должны искать резервы для пополнения наших рядов.
Это непростое дело. Мы видим попытки противопоставить патриотизм и коммунизм. Нас тянут в некое «светлое прошлое» царских времён, когда якобы были молочные реки с кисельными берегами. Исподволь создаётся некая монархически-религиозная альтернатива социализму.
С другой стороны, активно формируются и подкармливаются властью псевдокоммунистические партии, которые занимаются не столько борьбой с антинародной властью, сколько злобной критикой в адрес КПРФ. И всё это под лозунгами борьбы за чистоту марксизма-ленинизма. На деле замысел предводителей этих «партиек» и их кремлёвских кукловодов простой: оттянуть на любых выборах как можно больше голосов у КПРФ.
Каким должно быть отношение к нашим «партнёрам», атакующим нас и справа и слева? Можно закрыть глаза на них, не втягиваясь ни в какую полемику. Можно, наоборот, ввязаться в противоборство, разоблачая их сущность. Но наиболее правильным, на мой взгляд, должно быть переубеждение тех людей, которые искренне верят демагогии их вождей и поэтому идут за ними. Наша задача — убедить их в том, что именно КПРФ наиболее надёжно и последовательно защищает интересы трудового народа. Мы можем и должны привлекать на свою сторону людей колеблющихся, сбитых с толку потоками откровенной лжи и клеветы в отношении КПРФ. Но убеждать нужно и словом, и делом!
Мы должны понимать, что надвигающиеся крупные социальные трансформации, как всегда это происходит в революционные времена, выведут на первые роли лидеров народного движения. Потому мы должны настойчиво присматриваться, особенно на местном уровне, к людям, имеющим такой потенциал.
Надо хорошо разобраться в том, какие социальные силы могут играть решающую роль в будущих преобразованиях. Мы вполне справедливо говорим, что промышленный пролетариат по-прежнему сохраняет своё значение как наиболее организованная и последовательная антикапиталистическая сила. Однако необходимо понимать, что с научно-технической революцией в мире пролетариат видоизменяется.
Это уже не фабричные рабочие Петрограда 1917 года, представлявшие собой образованную, квалифицированную и организованную прослойку тогдашнего общества. Численность промышленного пролетариата заметно снизилась с разгромом обрабатывающей промышленности, особенно машиностроения. Предприятия-гиганты исчезли. Завод с численностью рабочих в 2—3 тысячи человек уже считается крупным. Независимые профсоюзы власть душит немилосердно.
Но мы должны видеть и качественное изменение пролетариата: появление многочисленного «офисного» пролетариата, особенно в бурно развивающейся сфере информационных технологий. Это всё те же наёмные рабочие, но только в ином, непривычном для нас обличье. Способны ли мы понимать их проблемы, говорить с ними их специфическим языком? От ответов на эти вопросы во многом зависит наша способность привлечь их на свою сторону. Пока это делают другие силы, стремящиеся сохранить нынешнюю систему, да только лишь без её запредельных бесчинств и коррупции.
Мы должны вернуться к материалам октябрьского (2014 года) пленума ЦК КПРФ об отношениях с рабочим классом, где был проведён глубокий анализ состояния этих отношений и приняты важные решения по повышению роли рабочего класса в социалистическом преобразовании общества.
Важным вопросом является наше отношение к малому и среднему предпринимательству. Это наиболее активная прослойка населения: с одной стороны, небедная, с другой стороны, живущая под постоянным страхом разорения, банкротства, рейдерских захватов. Их недовольство усиливается по мере того, как политика правительства выталкивает их из рядов всё сокращающегося «среднего класса» в ряды неимущих. Ещё раз подчёркиваю: это очень активная часть населения. Она попробовала вкус хорошей жизни и явно не намерена покорно сползать в нищету. Полагаю, что это важная социальная опора для грядущих преобразований.
Разумеется, неустойчивая природа мелкой буржуазии не изменилась за последние двести лет. Однако не использовать социальную энергию предпринимательского сословия было бы для нас неверно.
Вопрос о стратегических и тактических союзах всегда был одним из главных для любой политической партии. Особенно в эпоху решительных перемен. Владимир Ильич Ленин был величайшим мастером таких союзов. И мы должны использовать опыт наших предшественников — большевиков — для того, чтобы опираться на максимально широкие слои российского общества, которое готово к переменам.
Когда точно и в какой форме произойдут эти решительные социальные изменения, сегодня прогнозировать невозможно. Да мы и не претендуем на роль оракулов, предсказывающих будущее. В наших руках есть гораздо более эффективный инструмент оценки перспектив развития общества — это теория марксизма-ленинизма и исторический опыт Коммунистической партии. И то и другое показывает, что идёт быстрое созревание объективных и субъективных факторов крупных перемен.
В том, что они произойдут, нет никаких сомнений. Вопрос прежде всего заключается в том, какие социальные силы будут стоять за этими переменами, какие политические и общественные силы их постараются возглавить. Мы должны готовиться к новому повороту в истории нашей страны уже сегодня. Этот поворот может быть отсрочен ещё на пару лет. Но он может и начаться неожиданно. И мы должны быть готовы во всех отношениях — кадровом, организационном, программном — к тому, чтобы принять самое деятельное участие в грядущих событиях. Мы должны быть готовы к формированию авторитетного и профессионального Правительства народного доверия.
