О плановой и рыночной экономике

Словосочетание «плановая экономика» заставляет многих у нас биться в припадке, крутить пальцем у виска или осенять себя крестным знамением. Это тоже не чудо, а естественный результат либеральных реформ — как в народном хозяйстве, так и в образовании. Со школьной скамьи нам прививают мысль о том, что плановая экономика неэффективна. Между тем, любая рыночная экономика, что ни есть на свете, является по сути своей плановой. Хотя бы задним умом это должен понимать любой офисный работник, мерчандайзер или сейлс-менеджер.

Даже на уровне мелкой фирмы всегда планируются продажи и закупки, планируется сбыт, планируются издержки и прибыли. В микромасштабах каждая фирма — это вообще тоталитарное государство со всеми ненавистными либералам атрибутами: единоличным руководителем (генеральный директор), сдерживающей его партократией (совет директоров), бессловесным народом (сотрудники, рабочая сила), карательными органами (ЧОП, вышибалы-коллекторы, служба безопасности) и, разумеется, Госпланом (от финансового директора до последнего бухгалтера). Назовите фирму или корпорацию любого размера, которая изнутри (а не в декларируемом поведении на рынке) руководствовалась бы принципами свободной конкуренции и демократии?

Мне пришлось однажды проходить стажировку на американском телеканале NBC (принадлежит Comcast, то есть General Electric). Всё началось с принесения полуторатысячным коллективом практикантов (interns) обязательной присяги на верность её величеству Корпорации в громадном зале головной конторы NBC, разместившейся в похожем на зиккурат небоскребе Rockefeller Plaza. Стены небоскреба, между прочим, украшены изображениями масонских циркулей и цитатами из английского поэта Уильяма Блейка, воспевающими разумное обустройство Вселенной человеком. Но это так, мелкая подробность. Клятва будущих интернов более всего напоминала принесение нашим взводом военной присяги на плацу 32-го военного городка в Екатеринбурге. Худосочная тётка армейским голосом выкрикивает со сцены фамилию за фамилией. Фамилия поднимается и рассказывает, почему она пришла именно на NBC, в лучшую на свете компанию. Затем все дружно смотрят короткий фильм о лучшей на свете компании. Затем несколько раз в форме похожего на ЕГЭ теста разъясняются правила поведения в лучшей на свете компании. Это чтобы не вылететь из неё на следующий день, да ещё и с перспективой судебного разбирательства. Солженицын и Оруэлл, Замятин и Хаксли, Лондон и Уэллс не смогли бы покурить в сторонке, потому что курение в радиусе нескольких сотен метров от офиса лучшей на свете компании, конечно же, запрещено.

Перед одной из поездок на БАМ мне доводилось бывать в офисе нашего Трансстроя, тоталитарном здании с массивными дверями и окнами. Так вот стилистически между сталинскими высотками и небоскребами Рокфеллеров нет никакой разницы. И там, и там гигантские проекты, гигантские задачи, требующие непременного планирования. Цели разные. Вектор задач разный. Но механика повседневной жизни корпорации как две капли воды напоминает работу какого-нибудь советского министерства. Вот, скажем, на NBC, в нашем ничтожном по размерам и уровню ответственности подразделении вся съёмка производилась на допотопные и медлительные камеры Sony.

— Давайте заведем ходя бы один фотоаппарат, к примеру, Canon? — возникло однажды предложение по этому поводу.

— Нет, не положено, — тут же последовал ответ — У General Electric корпоративное соглашение с Sony. Мы получим судебный иск. Полетят головы.

И так во всем. Контроль, систематизация, планирование. Контроль, систематизация, планирование. Контроль, систематизация… От общей базы данных, в которой фигурируют все сотрудники Comcast, до субсидирования корпоративных забегаловок.

На другой телекомпании, CBS, через которую мы когда-то перегоняли репортажи в Москву и так же последовал занимательный диалог:

— Не смейте прикасаться к кнопке «Перемотка вперед»!

— Почему?

— По трудовому соглашению управлять этим магнитофоном может только уполномоченный корпорацией сотрудник.

То же самое ведь ненавистное либералам планирование и его отголоски. Только вид сбоку. Просто поскольку на Западе государство, по сути, приватизировано разросшимися до размера государства корпорациями, Госплан там — это КорпПлан. Но без КорпПлана не было бы ни Apple, ни Microsoft, ни Pepsi, ни Boeing. Все это, конечно, видят и сами американцы, воспитанные на сказках Айн Рэнд и Мильтона Фридмана. И они, наверное, не могут не замечать, как мало общего осталось между описанным в этих книжках миром свободной конкуренции и миром КорпПлана, где властвуют всесильные ТНК.

Однако сделать следующий шаг и осознать, что происходящее — лишь закономерное следствие развития капитализма, результат неотвратимого процесса монополизации/укрупнения капитала, американцы в большинстве своём не в состоянии. Их «левые» бредят о том, что приватизированное государство сможет (если победят демократы) «доить» КорпПлан и получать дополнительные деньги на здравоохранение. Их «правые» бредят о том, что когда-нибудь фарш удастся провернуть назад, сверхкорпорации исчезнут, а на их месте вновь появятся шустрые фермеры и ковбои, со своими маленькими и независимыми деловыми интересами.

Вывод, к которому я пытаюсь аккуратно вырулить, состоит в том, что при любом экономическом укладе и общественном строе Госплан в явной или неявной форме существует. Отказываясь от самой идеи планирования (соотнесения отраслевых интересов), регулирования народного хозяйства, мы просто-напросто отдаём свою экономику под контроль другой регулирующей системы — КорпПлана. Стремление к укрупнению, рационализации и планированию свойственно всей человеческой цивилизации. Иным способом стоящие перед человечеством задачи (одна из которых — выживание самого человечества) решить невозможно. Мысль о том, что несогласные с доктриной Золотого Тельца / Вавилонской Башни национальные государства смогут закупориться в своих норах и как-то перезимовать — абсурдна и нелепа. Можно либо быть раздавленным или переработанным одним глобальным проектом, либо противопоставить ему свой собственный, но обязательно глобальный. Сталинская идея строительства социализма в отдельно взятом государстве, за которой пытаются спрятаться современные традиционалисты, не являлась ведь окончательной задачей. Это был способ сохранить СССР, дать ему окрепнуть и подняться на ноги, чтобы продолжить движение. В этом смысле ненависть КорпПлана к Госплану, выплеснувшаяся сначала во Второй Мировой, а потом в Холодной войне, абсолютно рациональна и обоснованна. Боливар не выдержит двоих.

Однако существует принципиальная разница между проклятым либеральными теоретиками Советским Государственным Планированием и западным Корпоративистским/фашистским планированием. Как уже было сказано, разница эта — в целях. И в средствах. Западный мондиализм замешан на иудео-протестантской, социал-дарвинистской этике. Этике выживания сильнейших/мудрейших. Поскольку ориентированный исключительно на извлечение прибыли капиталистический способ производства неизбежно рождает диспропорции и противоречия (мы чаще называем их кризисами, рецессиями или депрессиями), КорпПлан, со свойственным ему рационализмом, не задумываясь заносит в графу «издержки» миллионы не вписавшихся в балансовую ведомость людей. Собственно, Хиросима и Нагасаки нагляднейшим образом это подтверждают. Советский проект, появившийся как ответ на первое такое «списание издержек» (1914-1918) предлагает противоположную по смыслу бухгалтерию, противоположное планирование. Во главу угла такой проект ставит не прибыль, не деньги, а Человека, его потребности и его развитие.

В эсхатологическом смысле разница между двумя системами планирования аналогична разнице между добром и злом. При этом, разумеется, для КорпПлана злом всегда будет Госплан («Империя Зла»), а для Госплана — наоборот.

Что же касается распространённых у нас предрассудков о слишком сложном характере экономический отношений, которыми человек, якобы, не в состоянии управлять в принципе, то здесь помогут простые аналогии. Каждый день в небо поднимаются десятки тысяч самолётов. Они движутся по разнонаправленным траекторям, подвергаются воздействию многих непредсказуемых природных векторов. Однако разве в небе царит броуновское движение, хаос? Нет, каждая траектория находится под полным контролем диспетчерских служб. Таких, например, как американская NORAD. Американская же, КорпПлановская спецслужба АНБ способна контролировать каждый байт получаемой и отправляемой вами информации, прямо сейчас, когда вы читаете этот текст. Иными словами, современный уровень автоматических систем управления делает экономическое планирование любого уровня абсолютно посильной задачей. В СССР это  предчувствовали давно, поэтому группа учёных под руководством академика Виктора Глушкова (Киевский Госуниверситет им. Тараса Шевченко) занималась разработкой систем, которые позволили бы Госплану перейти от бобин и перфокарт к более современным и эффективным способам организации народного хозяйства.

Сегодня о Викторе Михайловиче Глушкове вспоминают довольно редко. Зато регулярно собирается гайдаровский экономический форум. Это не говорит о том, что мы отказались от планирования. Это говорит лишь о том, что похоронив Госплан, мы дали себя вписать в балансовую ведомость КорпПлана.

Константин Сёмин, журналист, телеведущий ВГТРК