ОЛИМПИАДА, МАДЕ ИН КАНАДА

Перефразируя вступительные строки статьи Белинского о «Евгении Онегине», скажу, что я приступал к созерцанию церемонии открытия сочинской Олимпиады «не без некоторой робости». Ведь она, если верить казенной прессе, есть самое задушевное произведение гендиректора Первого телеканала Константина Эрнста, самое любимое дитя его фантазии. И мало можно указать творений, в которых личность продюсера отразилась бы с такою полнотою, светло и ясно, как отразилась в этой церемонии личность Эрнста. Здесь вся жизнь, вся душа, вся любовь его, здесь его чувства, понятия, идеалы! Оценить такое произведение – значит оценить самого Эрнста во всем объеме его творческой деятельности.

Однако, к сожалению, ничего, кроме беззаветной любви к баблу – любви, определяющей все дальнейшие чувства, понятия и идеалы продюсера, обнаружить не удалось. Понимание этого печального факта, признаюсь, пришло ко мне далеко не сразу, а только минут через десять-пятнадцать после начала зрелища. Правда, с самого начала возникло дежавю, как будто где-то и когда-то я все это уже видел. Во-первых, заунывное и бессвязное музыкальное оформление, хотя за «расходный материал» этого жалкого пиликанья были взяты хорошие, запоминающееся мелодии. Но при этом было сделано все, чтобы превратить их в незапоминающиеся.

Например, Евгений Дога пришел в ужас от того, что сделали с его знаменитым вальсом: «Как так можно выхолостить эту музыку не знаю кем при живом авторе?! Я даже не был оповещен, что будет кто-то «обрабатывать» меня. Я потерял лицо этой «аранжировкой».

Далее, что касается колористики. Полумрак, мертвенно-тусклое освещение, какая-то синюшно-зеленая, «трупная» цветовая гамма. Из всей бесконечно разнообразной природной палитры цветов и оттенков выбраны цвета самые холодные, а оттенки самые мрачные. Наконец, мертвенно-механические телодвижения актеров, как у зомби из дешевых американских ужастиков. Да, спектакль в этом совершенно определенном постмодернистском стиле я уже видел, и совсем недавно, даже вспоминаю где. Но посмотрим дальше.

А дальше возникла девочка Люба, видящая сны о России. Да, точно такую же девочку я недавно видел… Подозрения росли и превратились в твердую уверенность, как только в Любиной руке оказалась веревочка с красным воздушным шариком. Никаких сомнений больше быть не могло! Смотрел я это шоу вживую года два тому назад в США, под крышей Дворца спорта города Вустер, штат Массачусетс, где в то время гастролировал один известный цирк. Вывод однозначен: церемония открытия Сочи-2014 есть не что иное, как простая калька с костюмированного шоу «Некто» (Quidam) канадского Цирка дю Солей. В этом можно легко убедиться, сравнив хотя бы эти две фотографии с обоих представлений.

Сюжетная линия обоих зрелищ идентична. Только действующих лиц зовут в них по-разному. У канадцев девочку зовут Зои, а у Эрнста Любой. Зои, как говорится в аннотации к спектаклю, обычный страдающий от невнимания родителей ребенок, стремящийся выйти за пределы однообразного, серого мира, потому витающий в сказочных снах, исполняемых клоунами, жонглерами и акробатами.

А девочка Люба видит фантастические сны о России, «которую мы потеряли», исполняемые… не только клоунами, но и значительно более высокопоставленными членами МОК и разных правительств. В остальном же – полное тождество «креатива», вплоть до цвета воздушного шарика. Правда, у канадцев шарик меньше девочки, а у нас, как и все, что положено во «вставшей с колен России», – больше.

Убедившись в этом факте, я поначалу заподозрил Эрнста и его команду в обыкновенном плагиате, столь распространенном в наши дни. Ну какой же наш чиновник может обойтись без переписанной чужой диссертации или сценария? Однако отсутствие до сих пор с канадской стороны протестов и исков о нарушении авторских прав заставило взглянуть на вопрос глубже. И обнаружилось, что никакого плагиата не было. А есть обыкновенный ремейк, сделанный не плагиаторами, а первоначальными авторами шоу. Приведенный во многих СМИ список авторов сочинского шоу свидетельствует о том, что среди них подавляюще преобладают заокеанские шоумены, в том числе хореограф-постановщик, главный визажист и художник по костюмам Цирка дю Солей. Эрнст числится в списке главным креативным продюсером и автором сценария, но после всего увиденного верится в это с трудом. Судя по форме и содержанию телепередач Первого канала, Эрнст никак недотягивает даже до канадского уровня.

А канадцам-то что? Им заплатили хорошие деньги. Они подумали, стоит ли особо напрягаться для этих «русских» даже за высокий гонорар? И в итоге решили подхалтурить, тупо передрав свой собственный сценарий двадцатилетней свежести. Не ручаясь за буквальность выражений, живо представляю себе дискуссию на канадском худсовете примерно в таком духе:

– Спящая девочка с красным шариком, кажется, у нас уже где-то была?

– Верно, была такая девочка в Quidam.

– Тогда, может быть, заменим девочку на мальчика? Неудобно же так грубо повторяться. Где же креатив?

– Да бросьте вы! Перед кем неприлично – перед этими русскими? Не смешите! Да и хрен с ним, с креативом. Впарим русским секонд-хенд и дело с концом – никто и не заметит. Рашен пипл все схавает!

И пипл схавал. Утверждается, что трансляцию из Сочи смотрели три миллиарда телезрителей, многие из которых могли бы обвинить продюсеров и режиссеров в самоплагиате. Но в Россию шоу «Некто» цирк предусмотрительно не привозил, поэтому заметить самоплагиат могли лишь немногие. А с другой стороны, с точки зрения заокеанских постановщиков, будет очень даже хорошо, если в мире узнают старую постановку. Ведь получился четкий политический и идеологический сигнал всему миру: эти русские сами ничего не умеют, без нас они как без рук, и мы можем впарить им все, что угодно.

Что же они нам впарили? Конечно, на вкус и цвет товарища нет, но мне лично колористика и стилистика канадского шоу напомнили описание Ярославом Гашеком складного походного алтаря производства венской фирмы «Мориц Малер». Не было никакой возможности, рассказывает Гашек, не обладая фантазией, установить, что, собственно, нарисовано на этих трех растворах. Выделялась только одна фигура какого-то голого человека с сиянием вокруг головы и с позеленевшим телом, словно огузок протухшего и разлагающегося гуся. Хотя этому святому никто ничего плохого не делал, а наоборот, по обеим сторонам от него находились два крылатых существа, которые должны были изображать ангелов, – на зрителя картина производила такое впечатление, будто голый святой орет от ужаса при виде окружающей компании. Дело в том, что ангелы выглядели сказочными чудовищами, чем-то средним между крылатой дикой кошкой и апокалипсическим чудовищем.

Таково мое личное впечатление, «оценочное суждение». А если кого-то привел в «патриотический» восторг этот уцененный секонд-хенд «Made in Canada», если кто-то орет «Да! Мы их всех сделали!», то ему остается только посочувствовать.

www.sovross.ru