«С Восточного фронта не вернулись». Какие в реальности потери несёт украинская армия в Донбассе?

Вопреки информации, распространяемой украинскими СМИ, положение на Юго-Востоке для украинской армии становится все тяжелее, а ее потери растут многократно. Так, согласно сведениям, полученным от сопредседателя Народного Фронта «Новороссия» Владимира Рогова, по состоянию на 15 августа общие потери среди украинских военных составили 23 498 человек. В их числе убитые и раненые (14 378 человек), пленные (158 человек). Около 9 тысяч дезертиров. Последняя категория вызывает больше всего вопросов: в нее могут попасть не только военнослужащие, перешедшие на сторону Новороссии, но и погибшие, которых по неизвестным причинам не попали в список потерь.

По словам Рогова, «общее количество потерь карателей ужасает, но нацисты не собираются останавливаться и снова отсылают в Новороссию на убой живое мясо». Пик потерь пришелся на 13-14 августа, когда украинская армия потеряла более тысячи человек убитыми и ранеными, а также более ста единиц бронетехники. Разумеется, эти цифры остаются без огласки, украинские СМИ постоянно искажают реальные факты.

Между тем, украинские военные, стремясь защитить себя и своих подчиненных от бессмысленной гибели в братоубийственной войне, не только массово уходят в Россию, побросав оружие, но и переходят на сторону ополченцев. На днях стало известно, что на сторону ДНР перешел один из командиров 25-й аэромобильной бригады, прибыв к ополченцам на своей БМП. В настоящее время он уже принял командование ротой.

По словам премьер-министра ДНР Захарченко, этот случай далеко не первый и не последний. Руководство ополчения в ближайшее время ожидает массовой сдачи в плен или перехода границы с Россией украинских военнослужащих, попавших в окружение у населенных пунктов Дмитровка и Кожевня. По словам Захарченко, причина в том, что силовики просто не понимают «за что они воюют и за что они умирают».

Стоит отметить, что вооруженным силам Донецкой и Луганской республик в последние дни удалось добиться серьезных военных успехов. В частности, ополченцы остановив наступление Нацгвардии на Луганском направлении, полностью уничтожили батальон «Горынь», значительные потери были нанесены батальонам «Айдар», «Донбасс» и «Киевская Русь».

Директор Центра евразийских исследований Владимир Корнилов не доверяет точной цифре потерь, озвученной Роговым, но не сомневается в их значительности:

— Я не знаю источников этой цифры. В ней, если честно, смущает такая точность. В условиях, когда в украинской армии полный бардак, когда в карательную операцию включаются подразделения боевиков, никем не контролируемых и не учитываемых, когда ежедневно солдаты гибнут, бегут, дезертируют, вряд ли возможно оценить с точностью до одного человека все потери. Но в том, что официальный Киев постоянно и значительно занижает ущерб украинской армии, сомневаться не приходится. Конечно же, эти потери исчисляются уже тысячами — достаточно оценить кадры с разгромленной украинской бронетехникой, чтобы понять: при таких разрушениях гибнет не один-два человека, как сообщают официозные сводки.

«СП»: — А каковы перспективы на Украине у антивоенного движения, и какие можно провести исторические параллели?

— Вспомним США времен вьетнамской войны. Американцы фактически вступили в нее в 1961 году, а антивоенное движение оформилось лишь где-то к 1964 году, когда общество осознало масштаб вовлечения американских военных в этот конфликт. Так почти всегда бывает: первые месяцы любой войны встречаются волной ура-патриотизма, все хотят быстрой победы и полного разгрома противника, и лишь потом, когда общество осознает масштабы трагедии, резко усиливаются антивоенные настроения. Так, кстати, было и в России ровно сто лет тому назад. И дело не только в количестве жертв, дело — в резком ухудшении социальных стандартов, в разрушении экономики, в лишениях, которыми сопровождается война. Все это уже начали на себе ощущать не только жители Донбасса, но и Украины в целом. Соответственно, можно не сомневаться, что антивоенное движение будет крепнуть практически во всех слоях общества.

«СП»: — Сообщалось, что один из командиров украинской 25-й аэромобильной бригады перешел на сторону ДНР, прибыв к ополченцам на своей БМП. Можно ли ожидать еще подобных случаев и насколько массовыми они будут?

— И в первые дни войны в Донбассе мы видели, как украинские солдаты просто отдавали свою бронетехнику ополченцам. По мере расширения конфликта и осознания того, в какое дикое преступление армию втянули, будет расти и количество перебежчиков, и количество дезертиров. Если кто-то в Киеве надеялся на быстрое и легкое «сафари», то жестоко ошибся. Война, если ее не остановить сейчас, примет затяжной характер. А значит, будет больше крови, бессмысленных жертв, разочарования общества и армии, случаев массового дезертирства. Я не исключаю и того, что в один прекрасный момент украинская армия развернет свое оружие в сторону тех, кто послал ее на эту кровавую войну с собственным народом.

Координатор объединения «Боротьба» в Одесской области Алексей Албу считает, что потери действительно велики, но менее 23 тысяч:

— На самом деле потери меньше, хотя они достаточно серьезные. Просто люди не хотят протестовать до тех пор, пока у их ребенка все в порядке, когда же его убивают — протестовать уже поздно. Также это обусловлено тем, что нет структур и общественных институтов, которые могли бы организовать сопротивление и антивоенное движение. Люди разобщены и разрознены. Любая попытка создать комитет солдатских матерей или организацию «Женщины против войны» наталкивается на сильнейшее противодействие со стороны спецслужб, украинской прессы и сформированного ею общественного мнения.

«СП»: — Недавно на сторону ополчения перешел один из командиров 25-й аэромобильной бригады…

— Думаю, что такие случаи будут учащаться, но рассчитывать на массовый характер перехода украинских военных на сторону народа нельзя. Скорее, участятся случаи сдачи в плен, потому что переход на сторону ополчения подразумевает продолжение вооруженной борьбы, а в украинской армии настроения совершенно противоположные — люди не хотят воевать.

«СП»: — А есть ли у нынешней власти возможность остановить развал армии?

— Шансов нет. Из-за неминуемого краха украинской экономики. Но проблема состоит в другом: говоря о слабости хунты, мы забываем сказать о слабости «военной машины» народных республик. Потому вопрос, продержится ли Донбасс до полного краха экономики Украины — сегодня является очень актуальным.

Украинский политолог Алексей Блюминов также подвергает критике конкретные цифры, не сомневаясь в их масштабности:

— Данные о потерях правительственных войск засекречены. Официально признается чуть больше пятисот убитых. Остальные оценки, в том числе от ополченцев, носят характер оценочных суждений. Оценки колеблются от 7 тысяч убитыми и ранеными до названной Роговым цифры. Истина где-то посередине. Вы же понимаете, что поименного учета погибших никто не ведет.

«СП»: — А способны ли масштабные антивоенные протесты повлиять на политиков? Как это произошло в США во время войны во Вьетнаме?

— Протесты идут, и с каждым месяцем их все больше, однако есть одно «но». Сколько времени длилась вьетнамская война и сколько длится т. н «АТО»? Расслоение в обществе по отношению к войне идет, но не так быстро. В первую очередь бунтуют родственники призывников и бойцов. Но их протесты в основном не против войны как таковой (такие голоса есть, но они пока что не преобладают), а против личного участия детей и родственников протестующих. Лейтмотив — «Почему мой сын, а не чужой?» или «Пусть воюет кто-то другой, тот, кто стоял на Майдане». Я уже не говорю о таком мотиве протестов, как скверная оснащенность мобилизованных новобранцев, отсутствие касок и бронежилетов.

Идея необходимости прекращения войны как таковой еще не овладела большинством. Кто-то надеется, что война скоро закончится победой Киева. Думаю, ожидать изоляции «партии войны» стоит не раньше того времени, когда война затянется настолько, что люди перестанут верить в возможность скорой победы. В такой ситуации на первый план выйдет понимание бессмысленности жертв и самого продолжения войны.

«СП»: — А можно ли ожидать массового перехода украинских военных на сторону ополчения?

— Если повстанцы и симпатизирующая им часть общества в «большой Украине» сумеют наладить эффективную, аргументированную и доходчивую пропаганду дезертирства, то случаев перехода на их сторону может стать больше. Ключевой вопрос тут — смена повестки восстания. Идея ДНР и ЛНР не сможет воодушевить население «большой Украины» и тем более не сможет сделать массы украинцев союзниками повстанцев. Если на первый план выйдет не отрыв от Украины Донбасса, если восстание будет вестись не под нынешними лозунгами, а под лозунгами освобождения всей Украины от сегодняшнего режима, тогда у повстанцев появится шанс победить в борьбе за умы.

Иначе говоря, повестка восстания должна выйти за узкие рамки не только ДНР и ЛНР, но и за рамки «новороссийского» дискурса.