Самоубийства и мордобой в войсках

Уже прошло больше года, как на официальном сайте Министерства обороны прекращена публикация данных по суицидам в войсках. Источник «НГ» в военном ведомстве сообщил, что по-прежнему около 50% от фактов гибели личного состава в армии и на флоте составляют самоубийства. Кроме этого, в армии и на флоте в 2010 году зафиксирован резкий всплеск фактов дедовщины.

Главный военный прокурор России Сергей Фридинский заявил на днях, что, несмотря на определенное снижение уровня преступности в войсках, количество неуставных проявлений в них возросло в 1,6 раза. В этом году из-за этого пострадали 1167 военнослужащих.

Как бороться с дедовщиной и самоубийствами, в Главной военной прокуратуре и в армии знают. Все дело в том, что не хватает специалистов, офицеров, которые бы занимались профилактикой правонарушений. Вот коллективное мнение экспертов, с кем довелось побеседовать корреспонденту «НГ».

Представитель Национальной ассоциации объединений офицеров запаса Вооруженных сил генерал-майор в отставке Виктор Навознов считает, что рост ЧП и происшествий в армии и на флоте во многом связан с семикратным сокращением должностей офицеров-воспитателей. С ним согласен руководитель комиссии Общественного совета при Министерстве обороны РФ по повышению безопасности военной службы, укреплению правопорядка и воинской дисциплины Александр Каньшин. По его данным, «в 2010 году нарушение уставных правил взаимоотношений составляет более трети всех совершенных в Вооруженных силах преступлений, причем почти 95 процентов нарушителей закона являются солдатами-срочниками». По мнению эксперта, дело не только в нехватке специалистов по работе с личным составом. Среди других причин продолжающихся фактов мордобоя и суицидов, по его мнению, пробелы в воспитательной и образовательной работе. «Необходима сбалансированная, комплексная система военно-патриотической подготовки молодежи к военной службе. В частности, в связи с этим представители офицерского сообщества, ветераны военной службы, представители Главной военной прокуратуры неоднократно выступали с инициативой возобновления в школах обязательного курса начальной военной подготовки», – отмечает Александр Каньшин.

Член-корреспондент Академии военных наук полковник Эдуард Родюков считает, что решить проблему дедовщины в войсках могут высокообразованные военные психологи, которых продолжает готовить Военный университет. Хотя военными их можно назвать лишь отчасти. Практически все должности психологов в войсках в результате перевода Российской армии на новый облик значительно сокращены и переведены в штат гражданских. Но вот парадокс: на 4-м и 5-м курсах Военного университета до сих пор учатся на психологов около 100 слушателей-военнослужащих. «Хотя их судьба известна – после окончания университета, если они не изберут альтернативные должности в воспитательных структурах, их ждет увольнение с военной службы», – заявляет эксперт.