Газета «Правда» о жизни в Японии. Правда без вымыслов

Руководство Японии ощутило дыхание разгневанных масс. Удержать власть ему удалось лишь с помощью политических манёвров и популистских ухищрений. Однако рост неравенства и новая милитаризация делают положение режима шатким.

«Низший класс»

В изображении либеральных «оракулов» Япония всегда была эталоном процветания, стабильности и того самого «правильного капитализма», к которому должны стремиться остальные страны. Как обычно, за скобками оставлялось главное: империалистические захваты до 1945 года и полная подчинённость интересам США после, господство корпораций и сильное расслоение общества.

Весьма своеобразным явлением стала экономическая политика, начавшаяся в 2012 году. По имени её инициатора — премьер-министра Синдзо Абэ — её часто называют «абэномикой». Целью реформ провозгласили оживление производства и внутреннего потребления. Показатели ВВП и вправду пошли вверх, но прогресс был обеспечен не за счёт реального сектора, а благодаря фондовому рынку, то есть спекулятивным операциям. Как результат, эйфория продлилась недолго. В 2018—2019 годах экономика показала почти нулевой рост, а в 2020-м рухнула на 5 процентов.

Недавний анализ показал, кто воспользовался плодами «абэномики». За шесть лет корпоративные прибыли выросли на 160 процентов, на 88 процентов подскочили дивиденды по акциям. Номинальная зарплата наёмных работников за тот же промежуток времени увеличилась только на 1,2 процента, а реальные доходы снизилась на 3,5 процента. Их покупательная способность сегодня ниже, чем двадцать лет назад, и пандемия лишь углубила неравенство. Число официально зарегистрированных безработных выросло с 1,6 до 2 млн человек. Динамика зарплат даже в номинальном исчислении ушла в минус, что означало обеднение миллионов жителей.

В Японии всё чаще используется термин «низший класс». Главные его критерии — доходы в два и более раз меньше медианной зарплаты по стране, отсутствие работы либо неполная занятость, зависимость от социальных пособий. С начала пандемии доля «низшего класса» выросла с 32,7 до 38 процентов, он всё увереннее теснит «средний класс».

На противоположном полюсе люди, наоборот, не знают, куда потратить деньги. За последний год вдвое выросли продажи автомобилей премиум-класса: «Альфа Ромео», «Феррари», «Мазерати» и т.п. Их минимальная цена — 200 тыс. долл., но это не останавливает «счастливых птенцов» «абэномики».

Растущая несправедливость привела к падению рейтинга власти. Впервые за много лет уровень одобрения правительства упал ниже 30 процентов. Недовольству способствовало проведение Олимпийских игр, вызвавших самую массовую с начала пандемии вспышку

COVID-19. Число ежедневно регистрируемых случаев в конце августа — начале сентября превышало 20 тыс.

Власти занервничали, тем более что возникла угроза поражения на парламентских выборах. Тревожные «звоночки» следовали один за другим. В апреле правящая Либерально-демократическая партия (ЛДПЯ) проиграла во всех трёх округах, где проводились довыборы в парламент. В августе мэром второго по величине города — Иокогамы — был избран профессор местного университета Такехару Яманака. Его поддержали ведущие партии оппозиции: Конституционно-демократическая (КДПЯ) и Коммунистическая (КПЯ). Главному сопернику Яманаки не помогли ни поддержка партии власти, ни политический вес — четверть века он был депутатом парламента и несколько раз занимал министерские посты.

«Козлом отпущения» стал премьер-министр и лидер правящей партии Ёсихидэ Суга, пробывший в этих должностях меньше года. Депутаты открыто обвиняли его в слабости и требовали замены. Чашу терпения переполнили итоги выборов в Иокогаме, откуда Суга много лет подряд избирался в парламент. После этого он объявил, что не будет бороться за пост председателя ЛДПЯ. В условиях Японии это означало готовность оставить премьерскую должность.

Косметические поправки

Кампания по выборам главы партии отразила царящее в руководстве смятение. Несомненным фаворитом являлся бывший министр обороны и иностранных дел Таро Коно, в своей последней должности курировавший процесс вакцинации. По опросам, его избрание поддерживала почти половина граждан, в то время как за основного соперника — экс-главу МИД Фумио Кисиду — выступали менее 20 процентов. Аналогичным образом разделились голоса при голосовании. За Коно выступило большинство рядовых членов ЛДПЯ, в то время как депутаты и партийный аппарат предпочли Кисиду. Функционеров напугали импульсивный характер Коно и его призывы реформировать партию. В итоге ставка была сделана на более послушного политика, и 4 октября Кисиду утвердили новым премьер-министром.

Однако проблемы на этом не закончились. Рейтинг нового правительства оказался намного ниже, чем у кабинета Суги на старте его работы. 25 октября либеральные демократы потерпели очередное поражение, потеряв префектуру Сидзуока, где проводились довыборы в верхнюю палату парламента. А главное, социологические исследования выявили неприятие населением «абэномики». Почти две трети граждан назвали её провальной, в том числе свыше половины электората ЛДПЯ.

Кисида был вынужден лавировать. Так, он призвал строить «новый капитализм», определив его как «доброе и тёплое общество, основанное на человеческих связях». «Мы не сможем добиться значительного роста, если богатство сосредоточено в руках небольшой группы. Неолиберальная политика создала глубокий разрыв между имущими и неимущими, необходимо распределение плодов экономического успеха для создания более сильного среднего класса», — заявил премьер.

Правда, конкретики в этих призывах куда меньше, чем патетики. Кисида пообещал ввести налоговые льготы для компаний, повышающих зарплату своим сотрудникам, инвестировать в инновационные технологии и принять пакет мер по стимулированию экономики. Популистский характер обещаний проявился очень быстро. После того как премьер допустил увеличение налога на прирост капитала, токийская биржа ответила снижением акций. Получив сигнал от крупной буржуазии, Кисида дал задний ход и сообщил, что в обозримом будущем роста налогов не будет. Кроме того, правительство объявило о приватизации 27 процентов акций почтовой службы. После этого в руках государства останется лишь 30-процентная доля.

Весьма условным оказалось разрекламированное «обновление власти». Хотя 13 министров из 20 впервые заняли посты в правительстве, ключевые должности остались за «старожилами». В частности, свои кресла сохранили главы МИД и минобороны. Вновь подтвердилась кастовость японской политической системы. Министр обороны Нобуо Киси — младший брат Синдзо Абэ. Их отец возглавлял МИД, а дед — правительство. Из семьи премьер-министра происходит новый министр финансов Судзуки Сюнъити, а его сестра является женой Таро Асо, который в разные годы был главой минфина и премьер-министром. Наконец, у самого Кисиды дед и отец были депутатами, причём первый — ещё при милитаристском режиме. «Политика Абэ и Суги остаётся в силе с косметическими поправками. Новый кабинет не задумывается о причинах краха предшествующего курса. Изменения не наступят, пока у власти находится ЛДПЯ», — отметил председатель КПЯ Кадзуо Сии.

Массовое разочарование привело к росту влияния оппозиционных сил, которые также вынуждены учитывать общественные настроения. Крупнейшая из них — КДПЯ — заметно сдвинулась влево, требуя введения прогрессивной шкалы налогообложения и увеличения пособий для малоимущих. Кроме того, конституционные демократы пошли на союз с коммунистами. Две партии и ещё ряд организаций договорились о выдвижении единых кандидатов по 200 с лишним округам и выработали общую платформу. Она включала требования повышения минимальной зарплаты с 930 до 1500 иен (с 585 до 930 руб.) в час, роста корпоративных налогов, увеличения финансирования государственных больниц и расширения коечного фонда. Также оппозиция выступила за отмену принятых при Абэ законов о государственной тайне и безопасности и обязалась защищать «пацифистскую» 9-ю статью Конституции, запрещающую создание полноценной армии и ведение Японией войны.

Это не на шутку встревожило власть. «Впервые в японской политической истории стоит выбор между правительством, основанном на демократии и либерализме, и правительством, призывающим к коммунизму. Если последнее придёт к власти, развития больше не будет», — утверждал генеральный секретарь ЛДПЯ Акира Амари. Кроме того, чиновники пытались расколоть оппозицию, твердя об её идеологических расхождениях по вопросам сохранения монархии и присутствия американских войск. КПЯ является их последовательной противницей, в то время как КДПЯ занимает более терпимую позицию.

Не полагаясь только на пропаганду, руководство страны прибегло к административным мерам. Кисида распустил парламент за неделю до истечения его полномочий, так что выборы по закону считались досрочными. Это, в свою очередь, привело к сокращению сроков предвыборной кампании. На неё было выделено чуть более двух недель, что ограничило возможности оппозиции. В итоге ЛДПЯ смогла удержать власть, хотя её результат стал худшим с 2009 года. Альянс в составе либеральных демократов и буддистской партии «Комэйто» получил 293 мандата из 465 — на 20 меньше, чем в прошлом созыве.

Интересы заказчика

Сохранив большинство, правящий режим продолжит милитаризацию Японии и участие в агрессивных блоках под эгидой США. Едва вступив в должность, Кисида поспешил заверить партнёров в своей лояльности. По его словам, Токио нацелен на укрепление военного сотрудничества, включая проведение совместных учений. В конце октября американский авианосец «Карл Винсон» и японский вертолётоносец «Кага» отработали удары по условному противнику в Южно-Китайском море.

Событие весьма символичное. Японское судно названо в честь авианосца, в 1941 году участвовавшего в уничтожении Тихоокеанского флота США в Перл-Харборе. Нынешние американские власти не только закрывают на это глаза, но и всячески потворствуют воинственным устремлениям Токио. «Ситуация с безопасностью вокруг Японии становится всё более тяжёлой», — заявил Кисида на встрече с министром ВМС США Карлосом дель Торо. Под этим предлогом власти пошли на полную ревизию антивоенных положений Конституции. Ещё в прошлом году министр обороны Киси выступил за создание ресурсов для нанесения превентивных ударов по базам противника. И вот теперь Кисида не только поддержал чиновника, но и намекнул на разработку технологий баллистических и гиперзвуковых ракет.

Получившая рекордный бюджет армия усиленно перевооружается. В октябре в рамках переоборудования вертолётоносцев в полноценные авианосцы прошли испытания палубных истребителей F-35B. Тогда же была спущена на воду вторая ударная подводная лодка класса «Тайгэй», оснащённая новейшими литий-ионными аккумуляторами. И таких новостей будет всё больше, учитывая обещание ЛДПЯ увеличить военные расходы вдвое: с 1 до 2 процентов ВВП.

Следуя пожеланиям заказчика, Токио всё более открыто ополчается на Китай. На саммите ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН) Кисида раскритиковал Пекин за «нарушения прав человека» в Гонконге и Синьцзяне. Япония подключилась к провокациям вокруг Тайваня, обвиняя КНР в планах насильственного захвата острова. Нобуо Киси заявил, что аннексия может начаться в любой момент, проведя параллели с «захватом Крыма Россией». Риторика по отношению к Москве при новом правительстве также ужесточилась. Выступая в парламенте, премьер заявил о суверенитете над «северными территориями» (так здесь называют Курильские острова). «Мы должны решить этот вопрос, не оставляя его следующим поколениям», — добавил он.

Правые издания активно внедряют в общественное сознание идеи об «исторической несправедливости» в отношении Японии и возрождении имперского величия. Пример подают сами власти. Едва вступив в должность, Кисида отправил ритуальное подношение храму Ясукуни, где поминаются души военных преступников милитаристской эпохи. Не выучив уроки прошлого, правящий класс Японии затягивает страну в новые бездны.