Война элит за место под солнцем: Монополии берут Мишустина за горло
Госкорпорации предрекли коллапс, если кабмин примет закон «О защите конкуренции»
Элитные группировки России сошлись в новом противостоянии. В начале ноября главы ОАО РЖД Олег Белозеров, «Россетей» Павел Ливинский и «Транснефти» Николай Токарев направили письмо премьеру Михаилу Мишустину, в котором обрушились с критикой на инициативы Федеральной антимонопольной службой. Ранее ФАС внесла в кабмин законопроекты, которые кардинально меняют действующий закон «О естественных монополиях». Монополии пытаются убедить премьера, что не нужно их трогать — иначе всю систему охватит коллапс. 1 декабря об этом сообщил «Коммерсант».
Напомним: работу госкорпораций регулирует закон «О естественных монополиях», а тарифы утверждаются ежегодно правительством. То, что сейчас предлагает ФАС — развитие идей экс-руководителя ведомства Игоря Артемьева. Он более десяти лет боролся за принятие закона «О защите конкуренции», а также за принятие нового определения естественной монополии, которое бы позволило привлекать в компании сторонних инвесторов. Наряду с этим в ФАС предлагали изменить систему расчета цен естественных монополий, например, переведя их на эталонный тариф.
Законопроекты ФАС изначально вносились в правительство в ноябре 2019 года, но их дважды отправляли на доработку. Теперь проекты внесены снова, и руководители госкомпаний в письме жалуются Мишустину, что в них нет существенных изменений.
Монополии не устраивает следующее:
— инициатива ФАС по наделению службы полномочиями силовых ведомств, в частности, по беспрепятственному получению информации и проникновению в офисы госкомпаний;
— отсутствие в законопроекте о тарифах понятия перекрестного субсидирования, положений, касающихся регуляторных соглашений с электросетевыми и водопроводно-канализационными организациями;
— вопросы, связанные с оплатой энергоресурсов при отсутствии или отмене тарифов.
Главы трех госкомпаний указывают, что отказ от закона «О естественных монополиях» разрушит действующую систему в этой сфере, а вопросы регулирования естественных монополий расходятся с вопросами защиты конкуренции.
Что стоит за инициативами ФАС, будут ли монополии подвинуты со своих позиций?
— Решение о реформировании монополий может принять только Путин, но президент точно ничего менять не будет, — считает экономист, научный сотрудник Санкт-Петербургского государственного экономического университета Андрей Заостровцев. — Путин давно ничего принципиально не менял — кроме, конечно, Конституции. Но поправки в Основной закон были необходимы ему для сохранения политической власти и ее укрепления. А для реформы монополий принципиальных предпосылок нет.
Главное — в работе монополий нет катастрофы. Тот же РЖД функционирует, поезда по России ходят, есть даже частичные улучшения на железнодорожном транспорте.
Проблема в том, что монопольная система в России складывалась очень давно. Скажем, роль железных дорог в России выше, чем в любой другой стране мира. В США примерно такая же ситуация была в начале XX века. Потом, с развитием автомобильного транспорта и сети шоссейных дорог, зависимость от железных дорог в Америке практически сошла на нет — сейчас они играют в США жалкую роль.
Но в России все осталось, как сложилось к 1913 году после железнодорожного бума эпохи Сергея Витте. Значимость этой системы с тех пор никак не уменьшилась. Еще при Сталине, в 1932-м, начали строить БАМ, в 1958-м линию Абакан-Тайшет, а при Путине дотянули Амуро-Якутская железнодорожная магистраль до Якутска.
При этом принципы функционирования системы остаются прежними. И сломать эту систему практически невозможно.
«СП»: — А ломать пытались?
— В 1990-е Рассел Питтман — директор группы международной техпомощи антимонопольного отдела департамента юстиции США — предлагал схему радикального реформирования железных дорог России. Система этим новациям, естественно, сопротивлялась. Но дело было не только в ее сопротивлении.
Монополии удобны для политической системы России — они напрямую управляемы из Кремля, и подконтрольны лично Владимиру Путину. В России, конечно, все крупные игроки управляемы. Любой крупный, формально независимый банк также выполнит распоряжение президента. Но в этом случае кремлевской администрации придется с банком как-то договариваться, обговаривать какие-то условия. С госкорпорациями все проще: они выполнят распоряжение — и точка.
При этом система монополий более-менее обеспечивает потребности экономики РФ как транспортная и производственная структура — и зачем ее менять? Тем более, вполне возможно, провести серьезную реформу не получится, а развалить систему — вполне получится!
Сценария развала в Кремле боятся, а реформы по большому счету оказываются никому не нужны: ни самим монополиям, ни президенту, ни чиновникам. Дело ограничивается мелкими подвижками, вроде смены бывшего главы РЖД Владимира Якунина, который слишком уж зарвался, и хищнически требовал от бюджета слишком много субсидий.
«СП»: — То есть, инициативы ФАС не пройдут?
— Покушения на монополии, которые время от времени предпринимал Игорь Артемьев, никогда не приводили к реальным результатам. Не думаю, что в ФАС всерьез надеются, что им дадут проводить антимонопольные реформы.
Да, у нас госкорпорации занимают совершенно особое положение. Тот же «Ростех» по статусу — некоммерческая организация и подотчетен только президенту, хотя на деле в него входит около 200 крупных предприятий.
Повторюсь, монополии устраивают власть политически — для Кремля это главное. А экономически к ним нет крупных претензий, поскольку они хоть как-то работают.
— Нынешнее столкновение ФАС и монополий — продолжение старой борьбы, — отмечает политолог Сергей Марков. — Действительно, монопольная система сложилась неудовлетворительно для многих экономических и общественных групп. Предполагалось, что естественные монополии в России будут удерживать рост цен на группы товаров общенационального значения, и тем самым повышать конкурентность российской экономики.
На практике эта схема не вполне работает: легко увидеть, что монопольные цены высокие. Возьмите РЖД — по идее, чтобы экономика развивалась, товарные потоки должны идти по сети железных дорог с низкими тарифами. Объемы перевозок влияют на количество производимой продукции, на прибыль по экономике в целом.
Но у нас железнодорожные тарифы завышены. Это видно по гигантскому потоку большегрузных фур на автомобильных дорогах. Так происходит, поскольку автомобильные грузоперевозки банально выгоднее.
То есть, железная дорога с задачей по стимулированию экономики очевидно не справляется. Похожая ситуация и с рядом других естественных монополий.
Еще момент — предполагалось, что естественные монополии будут локомотивами экономического роста России. В частности, будут давать заказы тысячам менее крупных российских бизнес-структур.
Но монополиии и эту задачу провалили — они предпочитают закупать необходимое по импорту, а не заказывать внутри России. При этом есть обоснованные подозрения, что глобальные корпорации дают руководству российских госкомпаний приличные откаты в качестве стимула к сотрудничеству.
Также предполагалось, что естественные монополии будут аккумулировать средства для высокотехнологичных прорывов. Но мы никаких прорывов не видим, а сами госкорпорации предпочитают покупать высокие технологии на Западе.
Все это продолжается уже 20 лет. По сути, монополии не выполняют задачи, поставленные руководством страны, кроме уплаты налогов в бюджет.
«СП»: — Удастся ли ФАС переломить ситуацию?
— Возможно, монополии и на этот раз победят. У них нет равновеликих — по степени политического и экономического влияния — оппонентов в нынешней системе. Госкорпорациям могут противостоять только банки и силовики. Если монополии поссорятся с ними — возможно, что-то и изменится.
Свободная Пресса
