СМИ: Силовики за пытки получают условные сроки в половине случаев

«Все дело в особенном подходе системы к «своим», из-за чего многие дела даже не доходят до суда»

За последние 11 лет половина сотрудников правоохранительных органов, которых привлекали к уголовной ответственности за превышение должностных полномочий, получили условные сроки. Об этом сообщает «Дождь», который запросил у Верховного суда и проанализировал данные по всем приговорам и видам наказания для силовиков с 2010 года.

Судебный департамент Верховного суда относит к правоохранителям полицейских, сотрудников Росгвардии, работников судов и прокуратуры, следователей (СК, МВД и ФСБ), приставов, а также тех, кто служит в пожарном надзоре, ФСИН и таможне.

Превышение должностных полномочий (ст. 286 УК) является наиболее частым поводом для привлечения сотрудников органов к уголовной ответственности. При среднем количестве обвинительных приговоров против них на уровне 2,5 тыс. в год по этой статье в 2017 году привлекли 523 силовика, в 2018-м – 457, в 2020-м – 397.

Чаще всего в уголовных делах фигурируют применение пыток или насилие над задержанными (ч. 3 ст. 286 УК – деяния, совершенные с применением насилия, оружия или спецсредств и с причинением тяжких последствий). Например, в 2019 году из 397 процессов в 249 из них речь шла именно об этой части статьи. Она предусматривает реальные сроки от трех до десяти лет.

Однако суды чаще приговаривают силовиков к условным срокам. В 2010, 2011, 2012, 2013, 2014, 2018 и 2019 годах среди приговоров по 286-й статье было от 53 до 61% условных сроков, в 2015, 2016 и 2017 годах – 47-49%.

Единственным выбивающимся из общей статистики годом стал 2020-й. В прошлом году реальные сроки получили 45,5% сотрудников органов, превысивших полномочия, и только 32,8% – условные. Еще 18,8% силовиков наказали штрафом. Авторы исследования отмечают, что 2020 год нельзя рассматривать как типичный, поскольку из-за пандемии и ограничений работа судов была нарушена.

Правозащитники из «Зоны права», изучившие практику дел о полицейском насилии, пришли к выводу, что в делах о превышении служебных полномочий суды часто назначают полицейским наказания, несоразмерные совершенному преступлению. Нередко за причинение физических увечий правоохранители получают условный срок.

Руководитель юридической практики по правам человека фонда «Общественный вердикт» (признан российским Минюстом НКО-иноагентом) Дмитрий Егошин сообщил, что обжаловать мягкие приговоры силовикам получается редко, а добиться изменения решения российских судов в ЕСПЧ удается немногим.

«По этой статье чаще назначают условный срок, а если это реальное наказание, то срок будет совсем небольшим. И неважно, насколько цинично или с особой жестокостью было совершено преступление», – рассказал Дмитрий Егошин.

Вот лишь несколько историй, которые позволяют понять, за какие преступления сотрудники правоохранительных органов могут получить условное наказание. В начале апреля 2019 года в Слюдянке Иркутской области двое сотрудников ППС задержали Валерия Грязнова, который возвращался домой от приятеля. Его увезли в отдел и избили до потери сознания. В больнице Грязнову диагностировали разрыв желудка.

К ответственности по статье о превышении полномочий (часть 3 статьи 286 УК РФ) привлекли старшего сержанта полиции Андрея Кайданюка. Он признал вину, выплатил Грязнову 500 тысяч рублей, и в октябре 2019 года суд приговорил его к 3,5 годам условного срока. Грязнов, по словам его защитника, остался инвалидом.

Примерно в это же время такое же мягкое наказание получили трое полицейских в Бурятии, которые пытали задержанных током. В сентябре 2016 года полицейские задержали двух жителей города Закаменска и потребовали признаться в крупной краже кедровых орехов со склада. Задержанных били электрошоком и душили руками.

Полицейских обвинили в превышении должностных полномочий (часть 3 статьи 286 УК РФ). Вначале суд назначил им реальные сроки, но Верховный суд Бурятии отправил дело на пересмотр и все трое получили условное наказание. Защита сообщила, что будет обжаловать приговор. Сделала ли она это, СМИ не сообщали.

Пострадавшие регулярно пытаются обжаловать мягкие наказания полицейским, но российские суды нередко оставляют приговоры в силе, свидетельствуют сообщения СМИ. Обжаловать решения российских судов в ЕСПЧ удается немногим.

Одним из тех, кому удалось через европейский суд получить денежную компенсацию за чрезмерно мягкий приговор полицейскому, стал житель Казани Динар Авзалов. В 2016 году задержавший его полицейский Айдар Сальманов 21 раз применил к нему электрошокер и получил за это условный срок. В декабре 2019 года ЕСПЧ утвердил мировое соглашение с российским правительством и присудил Авзалову 9 500 евро компенсации.

Обычно вместе с основным наказанием полицейских, обвиненных в превышении полномочий, лишают должности. Но так происходит не всегда. В Подмосковье полицейскому, избившему адвоката в участке, удалось через суд восстановиться на службе.

Еще один пример приводит Дмитрий Егошин из «Общественного вердикта». В 2013 году двое полицейских из Ставропольского края изъяли стадо рогатого скота, а пастуха жестоко избили. Когда у потерпевшего выпал инсулиновый шприц, один из полицейских растоптал его ногами. К суду их привлекли только пять лет спустя – в 2018 году. Все эти пять лет оба продолжали служить в полиции. В 2020 году полицейским, наконец, вынесли приговор: одному пять, другому шесть лет лишения свободы.

Одним из последних громких случаев с мягким приговором полицейскому стало дело Ивана Князева – бывшего полицейского из Москвы. В декабре 2020 года на юге столицы он выстрелил из травматического пистолета в ногу 13-летней девочке – дочери своих знакомых. Девочка не получила серьезных травм, однако призналась, что Князев ее домогался перед выстрелом. После этого сотрудника уволили из МВД.

В марте 2021-го Князева признали виновным по п. «а» ч. 1 ст. 213 УК (хулиганство с применением оружия) и приговорили к трем годам условно и запретили занимать должности в правоохранительных органах на этот же срок.

Однако в апреле Мосгорсуд отменил приговор и отправил дело на пересмотр. В середине июля Князеву заменили условный срок реальным – экс-полицейский проведет в колонии-поселении два с половиной года.

В сравнении с обычными гражданами у полицейских есть еще одно большое преимущество – их на порядок чаще оправдывают. Если у обычных людей доля оправдательных приговоров не превышает 1% от обвинительных, то у полицейских она в некоторые годы достигала 7-8%.

Более высокий процент оправданий по делам полицейских наблюдается даже несмотря на то, что передаче дел правоохранителей в следственные органы обычно предшествует служебная проверка. Бывшие полицейские, с которыми поговорил «Дождь», рассказывают, что начальство часто стремится замять дело еще на этом этапе – и иногда ему это удается. Но оценить количество дел, не дошедших до СК, невозможно – публичных данных об этом нет.

Дмитрий Егошин оценивает количество дел о превышении полномочий, которые не дошли до суда, в 70-80%. Если это так, то количество преступлений по этой статье может быть выше в 4-5 раз.

Если служебная проверка все-таки выявляет нарушения, дело попадает в Следственный комитет – и после этого им занимаются следователи. Но и в этом случае коллеги-силовики зачастую действуют «в особом порядке». «Обычно это местный СК, – рассказывает глава «Комитета против пыток» Игорь Каляпин. – Как только появляется заявление, по которому надо проводить проверку, следователь сообщает об этом начальнику полиции, и у них происходит некий [неформальный] разговор. Либо следователь говорит, что это ерунда, либо – что тут действительно есть состав преступления, и они как-то общаются дальше».

Игорь Каляпин объясняет разницу в суровости наказаний тем, что правоохранители (в том числе судьи) живут по своим собственным понятиям о справедливости. «Например, брать взятки действительно нехорошо. Да, полицейские этим грешат, да, начальство смотрит сквозь пальцы, но все понимают, что это негативный поступок. А вот ток жулику подключить, даже если он невиновен конкретно в этом преступлении, или почки ему отбить – это считается правильным», – говорит Каляпин.

«Первое, чему тебя учат [в правоохранительных органах] – никогда не ищи правду. Бывает, люди начинают упираться, обращаются в прессу – и если сначала они могли получить три года, то в этом случае можно смело брать 6-7», – рассказал телеканалу один из бывших полицейских.

«Судят у нас все-таки по понятиям, – сказал Каляпин. – И если СК и прокуратура сошлись на том, что человек виновен, то, как правило, он садится – и садится реально. Это просто корпорация с другой моралью, с другим кодексом – но он у них есть».